Все веселье давно прошло, осталось только беспокойство из-за томительного ожидания. Почему так долго? Сколько времени нам предстоит провести запертыми? Неясно. Никто и не подумал ответить на вопросы, что мы пытались задавать в самом начале, когда нас только привезли сюда. Неужели нам предстоит провести здесь всю ночь? А если дольше?
На самом деле по этому поводу у меня двоякие ощущения. С одной стороны хочется побыстрее выбраться из холодной неуютной тюрьмы и оказаться в теплой постели в квартире, где меня ждет Бриттани. Она наверняка уже начала беспокоиться. Возможно, даже Брендан взволновался моим долгим отсутствием.
А с другой стороны мне совершенно не хочется видеть разочарование или злость на лице папы, когда он придет вызволять нерадивую дочь из-под ареста. Хотя не факт, что за мной придет именно папа, а этого я страшусь еще больше. Джаред и так-то никогда на моей памяти не выглядел довольным, и сейчас наверняка разозлится сильнее прежнего.
А вдруг ему уже сказали, что нас с Мэйсоном поймали в неположенном месте, а он и не думает освобождать нас, таким образом наказывая?
Так я и сижу, тяжело вздыхая, глядя на безмятежное лицо Мэйсона и прогоняя в голове по сотне раз одни и те же мысли и вопросы. В конце концов тоже прикрываю глаза. Усталость и напряжение не только последних часов, но и дней, давит на веки. Только сейчас понимаю, что в здании полицейского участка почему-то не слышна канонада выстрелов от границы, а свет от аномалии не проникает в помещения, что не имеют окон.
Сон обрушивается на меня неожиданно, но так же внезапно, да еще и грубо, меня вырывают из состояния такого блаженного, но короткого покоя. В ушах звенит и, открыв глаза, я не сразу понимаю, что кто-то с силой ударил чем-то металлическим по решетке. Вот же… гад!
Уже собираюсь сказать нарушителю спокойствия все, что о нем думаю, как тут же прикусываю язык. Помимо нашего надзирателя за пределами камер стоят близнецы. Джаред пылает от холодной ярости, его глаза метают молнии, желваки ходят ходуном, а кулаки крепко сжаты. Джексон более спокоен, но его ледяное безмолвие и чересчур серьезное выражение лица говорят о том, что это лишь затишье перед бурей. Сейчас братья похожи как никогда. И дело не во внешности.
Медленно поднимаюсь с неудобного сиденья, из-за которого затекло все тело, и встаю вплотную к решетке, сказать хоть что-нибудь у меня не хватает духу. Кажется, что любое резкое движение или звук, и Куперы слетят с катушек. Мельком смотрю на Мэйсона. Он тоже поднялся и стоит, выпрямив спину, возле своей решетки с нечитаемым выражением на лице. Мне бы такую выдержку.
– Офицер Холт, откройте камеры, – на удивление спокойным голосом приказывает Джаред.
Надсмотрщик тут же снимает связку ключей с пояса и идет к месту заточения Мэйсона. Отпирает замок, но открывать дверь предоставляет пленнику самостоятельно. После, процедура повторяется с решеткой моей камеры. Медленно толкаю металлическую преграду и переступаю порог клетки.
– Спасибо, – говорю негромко, сама не зная кого именно благодарю, Джареда или офицера Холта.
Купер стреляет в меня таким уничижительный взгляд, что я мгновенно теряю всякое желание продолжать разговор. Хотя, честно говоря, до этого у меня и без того его было невероятно мало.
– За мной, – командует Джаред, разворачивается и первым шагает в сторону короткого коридора, по которому нас привели в камеры.
Следом за ним идет офицер Холт, потом я. Чувствую себя побитой собакой, но с трудом держу спину прямой и не склоняю голову. У меня нет желания показывать слабость среди этих сильных и уверенных в себе мужчин. Мэйсон вообще вышел из места заточения с таким видом, будто это не тюремная камера, а царские покои.
– О чем ты только думал? – резким голосом, но достаточно тихо осведомляется Джексон.
Я вся превращаюсь в слух, ожидая ответа Мэйсона.
– Мы не сделали ничего криминального, – спокойно отвечает тот.
– Какого черта вас понесло к границе? – спрашивает Джексон, на этот раз он говорит не так зло, а больше устало.
Мэйсон понижает голос, но я все равно его слышу.
– Она должна знать и в случае чего быть готовой…
Купер перебивает с явным осуждением:
– При тебе хоть оружие было?
Мэйсон некоторое время молчит, но все мы знаем ответ на этот вопрос.
– Нет, – все же негромко отвечает он.
– Нет, – передразнивает его Джексон. – Ты подверг смертельной угрозе ваши жизни. Ты ведь знаешь об опасности, все могло пойти не так… – он замолкает, когда я оборачиваюсь и хмуро смотрю на него.
Мэйсон говорил, что самые развитые носители рвутся внутрь периметра, но также он говорил, что им это ни разу не удалось. Так отчего же Джексон так разозлился?
– Что ты?.. – начинаю я, но мне не суждено озвучить вопрос.
– Вы там уснули? – язвительно осведомляется Джаред, дожидающийся нас у выхода из здания.
