На следующий день, выехав из замка Розы, Йохан был мрачнее тучи. Он понимал, что его хотят использовать, но зачем не понимал. А значит он не понимал ценность сделки, которую сейчас заключил. Его настроение не улучшила пирушка на ночлеге в трактире. И на следующее утро он остановил коня прямо на дороге и первый раз за день обратился к Герману.
— Ты видел у фермы, которую мы проехали полчаса назад, крестьянку с рыжими волосами, как у меня, — спросил герцог. Нет? А я видел! Возьми двух человек и привези ее ко мне. Я хочу забрать на память ее роскошные волосы.
— Но… — попытался что-то сказать Герман.
Езжай и привези, — взвизгнул герцог, доставая нож. Иначе я сниму скальп с тебя.
Они шли всю ночь, а под утро остановились на разграбленном хуторе. Все устали и выбились из сил. Стражу, конечно, никто не догадался поставить, и если бы в этот момент на них напали селлинги, то вырезали бы всех спящими. Спали вповалку, кто в доме, а кто прямо на улице, прижавшись друг к другу, благо было уже почти лето. Просыпаться стали к полудню.
Карел, проснувшись, пошел к колодцу, умылся и напился. Еды не было. Похоже придется к этому привыкать, — подумал он и отправился искать Бьонни. Он нашел друга еще спящим, прямо в поле, в обнимку с двумя девицами. С ними из города вышел целый табор, который вместо еды запасся вином и пивом. Бьонни зашевелился и открыл глаза.
— Привет, — сказал ему Карел. Как спалось?
— Хорошо, — ответил Бьонни, вставая и отцепляясь от девушек, те тоже стали просыпаться.
— Что будем, делать? — спросил Карел. Пойдем ко мне домой, может?
— Куда?
— В Даргвилл, у меня нет другого дома.
— Нет, — заявил Бьонни хмуро. Мы пойдем дальше, расправимся с селлингами.
— Но, послушай, надо подождать армию. Это их дело.
— Зачем, ты видел, вчера мы сами справились, без армии, — ответил Бьонни, проснувшиеся девушки восторженно смотрели на героя вчерашней ночи.
— Дружище, там было двадцать воинов, а дальше их будет тысяча. Мы не сможем с ними справиться.
— Сможем, потому что правда на нашей стороне, — сказал Бьонни и пошел умываться.
Карел только вздохнул и проводил взглядом девушек, хвостом увязавшихся за его приятелем. К обеду проснулись уже все, и поскольку еды не было, решили долго не задерживаться и идти дальше по следам селлингов. Нестройной толпой молодежь вышла на дорогу и потянулась дальше, распевая песни и смеясь. Карелу ничего не оставалось, как идти с ними, чтобы присмотреть за своим потерявшим голову другом.
Через четыре дня они подошли к пересечению северного тракта и центрального. За четыре дна их количество поубавилось вдвое, часть народа отстало. Но Бьонни и его новые друзья были настроены решительно. Их подвиги в Даргвилле уже раздулись до неимоверных размеров, а настроение было шапкозакидательским. Масла в огонь подливали две подруги Бьонни не сводивших с него широко открытых глаз с длинными ресницами. Карел предположил, что ранее у Бьонни не было девушки.
Им повезло. Они первыми встретили не селлигов, а пехотный полк центральной армии, который шел из Новгорода разобраться с селлингами. Полковника шокировала толпа в полтысячи человек, из которых треть была женского пола. Но все его попытки отправить молодежь домой не увенчались успехом. А тут еще наконец нашлись селлинги, которые разбили лагерь на расстоянии трех километров.
Студенты тут же загорелись напасть. С солдатами они почувствовали себя просто непобедимыми. Но полковник заявил, что будет ждать подкрепления с севера. Должна была подойти сама Амелара, чтобы перекрыть пути отступления селлингам.
Так они просидели еще два дня. Солдаты привезли с собой обоз провианта и накормили изголодавшуюся молодежь. Часть девушек из лагеря студентов переселилась в солдатский лагерь. Настроение было патриотическое, поэтому полковник на всё зарыл глаза.
На третий день наступила расплата. Селлинги проведали, что рядом появились тьорцы и решили не выжидать. Разведчики вовремяпредупредили и солдаты со студентами отошли к ближайшему холму, чтобы занять более выгодную позицию. Амелару ожидали с часу на час.
Ангезмунд вывел из леса в поле своих меченосцев. Он уже успел заскучать после такого энергичного начала компании. На холме он увидел тьорцев. Один полк пехоты, пятьсот мечей и толпа оборванцев, которая вообще ничего не стоит. Хорошее соотношение, два к одному в его пользу. Он отдал приказ, и его воины сами привычно выстроились клином, впереди Ангезмунд с тяжеловооруженными воинами, арбалетчики на флангах. Селлинги легким бегом двинулись вперед.
