Атакующие достаточно бодро добежали до телег и полезли наверх по настилам. Началась самая настоящая рукопашная. Торн поднял щит, который снова принял на себя две стрелы. Появилась трещина прямо по центру щита. Затем он косым движением снес голову противнику, взбирающемуся на телегу. И увидел, как копейщик рядом сбил еще одного противника. Тут он успел оглядеться и с удивлением понял, что практически везде противник вошел в рукопашную схватку на баррикадах, а вокруг него все ополченцы уже убиты. А потом просто перестал думать. Не успевал. Налево удар. Спереди противник, блокировал щитом. Щит разлетелся. Отбросил в сторону. Ударил противника в живот, пробил доспех. Выдернул меч, одновременно увернулся от удара справа. Меченосца селлинга проткнул копейщик, но копье вынуть не успел и два новых селлинга, взгромоздившиеся на телегу изрубили его в куски. Торн остался один из четверки и ринулся вперед. Ткнул острием меча в лицо первому селлингу, тот отшатнулся и упал назад с телеги, пригнулся и круговым движением подрубил ногу второму, а затем пнув его, тоже отправил вниз. Арбалетный болт по касательной ударил его в голову и сбил шлем. На телегу снова залезли сразу два противника. Но тут один из них получил стрелу в горло, а на другого накинулся гвардеец.
Это вступил в бой резерв. Гвардейцы и катапультёры. Свежие силы переломили ход схватки и выбили крестианцев с баррикад. Те отошли, но уже не бегом. Арбалетчики, видя, что катапульты замолчали, далеко отходить не стали. Вступили в перестрелку с лучниками гвардейцев.
Лодки погрузили последних жителей и уплыли. Теперь на западном остались только солдаты. Рональд собрал снова совет. Хинтвелл, Вернон, Лорет.
— Где Дворак, — спросил Торн.
— Убит, — ответил Вернон. Мы потеряли больше половины. Ополченцы погибли почти все. Маловероятно, что мы еще одну атаку отобьем. Нас мало, — он вздохнул.
— У нас нет выбора, сказал Рональд, он был без шлема, на лице была маска смеси пота, пыли и крови. Остальные выглядели не лучше.
— Надо драться, пока не придут галеры, — продолжил Рональд, других вариантов просто нет.
Торн, кивнул и пошел выпить воды и умыться. Но тут снова прозвучал рог. Он кинулся на баррикаду.
На этот раз опять шла цепь копейшиков, за ними арбалетчики и меченосцы. Ядер не было и остановить атаку было уже не кому. Враги достаточно легко забрались на баррикады и опять началась свалка.
У Торна рука уже не поднималась, он убил или ранил троих. Но его тоже ткнул в бок копейщик, кольчугу не пробил. Но теперь при каждом движении была боль. Возможно, сломаны ребра, — подумал капитан.
Через какое-то время он понял, то их выбили с баррикад. Защитники Форта медленно отступали к воде. Торн увидел, как Хинтвелл последним покинул баррикаду прикрывая своих солдат. Он спрыгнул и побежал их догонять. На баррикаду влезли сразу несколько арбалетчиков. Они прицелились. Залп. Хинтвелла подбросило в воздух, и через секунду он уже упал, из спины торчало три болта.
Но Торну самому уже было не до него, капитан с гвардейцами отбивался от наступающих копейщиков. Те выстроились щит к щиту и теснили их к воде. Он отрубил одному наконечник копья, и хотел зарубить копейщика, но был уже не так быстр и крестианец отбросил Торна ударом щита. Торн упал на спину. Сразу сел и увидел, как его обидчика зарубил Лорет. Лейтенанту это стоило жизни, тут же сразу два крестианца подняли его на копья, и уже поникшего, как тряпку перебросили через строй.
Торн поднялся, подобрал меч и попятился. Крестианцы перегруппировались. Казалось их бесчисленное количество. Они заполнили всё пространство, от баррикад до канала. Кишели как муравьи. Между ними и водой оставался только полукруг из пары сотен грязных и окровавленных защитников. А галер всё еще не было. Торн, слышал, как Рональд подбадривает людей, предлагая взять с собой на тот свет как можно больше врагов. Но им уже овладевало безразличие. Голова была тяжелая, в ушах гудело. Сил не было. Пальцы с трудом держали меч.
Копейщики врага сомкнулись в круг. Тьорцы встали плечом к плечу, потом залп арбалетчиков положил сразу треть защитников. Копья двинулись вперед. Торн вспомнил своих родителей, которых он потерял в детстве и приготовился умереть.
Тут прозвучал рог, смысл которого уставший капитан сначала не воспринял. Но крестианцы развернулись и стали отступать. Торн посмотрел на Рональда, вся одежда которого была изодрана, из разреза на лбу текла кровь, из бедра торчала стрела. Рональд встретился взглядом с капитаном своей гвардии и пожал плечами, как бы говоря, сам ничего не понимаю.
Их осталось меньше ста, а из гвардейцев, что привели они из Тьора полтора десятка и все были ранены. Вокруг вповалку лежали трупы, раненые, части тел, отрубленные руки, ноги всё заливала кровь.
