Введение в антифилософию полностью

Маклюэновская теория медиа действительно имеет много общего с идеями Вагнера. Оба рассматривают отдельные медиумы как расширения соответствующих способностей человеческого тела. Для обоих человек есть своего рода прамедиум, по отношению к которому остальные медиумы являются производными. Недаром книга Маклюэна имеет подзаголовок «Внешние расширения человека». Но, в отличие от Вагнера, Маклюэн не призывает вернуться к прамедиуму, к человеку, к народу, дабы преодолеть изоляцию индивидуума, обусловленную взаимной обособленностью медиумов, и достичь всеобщей партиципации. Маклюэн видит причину современной изоляции индивидуума (прежде всего, интеллектуала и художника) не только в дифференциации соответствующих медиа, но и в специфике горячих механических медиа, доминирующих в Новое время, и поэтому надеется, что холодные электронные медиа позволят осуществить переход в новую эпоху коллективизма, симультанности и открытости.

Однако этот переход понимается Маклюэном не как возвращение к прамедиуму, к человеческому телу, а как глубокий наркоз — состояние, которое Маклюэн называет «оцепенением» (numbing)[128]. Он полагает, что любое внешнее расширение человеческого тела одновременно означает его «самоампутацию»: телесный орган, получающий медиальное расширение, как бы отключается. Поскольку же электронные медиа, по его мнению, представляют собой расширение нервной системы человека, определяющей функционирование его организма в целом, их возникновение означает полное и окончательное отключение, numbing человека. Текст является горячим медиумом, потому что он мобилизует человеческое внимание, требуя высокой степени концентрации, тогда как электронные медиа холодны, потому что формируют ситуацию пассивной коммуникации, которая требует меньше внимания. «Есть основной принцип, отличающий такое горячее средство коммуникации, как радио, от такого холодного средства, как телефон, или такое горячее средство коммуникации, как кино, от такого холодного средства, как телевидение, — пишет Маклюэн. — Горячее средство — это такое средство, которое расширяет одно-единственное чувство до степени „высокой определенности“. Высокая определенность — это состояние наполненности данными»[129]. Можно сформулировать это несколько иначе: холодный медиум не отделяет специалистов от неспециалистов, квалифицированных пользователей от неквалифицированных, он не требует способности к концентрации и специализированных знаний. Согласно Маклюэну, именно отказ от концентрации внимания позволяет зрителю расширить поле зрения, усовершенствовать свое восприятие среды и других зрителей, которые в ней находятся. В этом смысле телевидение и впрямь партиципаторно: чтобы включить телевизор, специальные знания не требуются. Телевизионный медиум действительно холоден, поскольку он передает небольшие порции информации в относительно свободной последовательности, так что зритель может при этом расслабиться; ему не нужно концентрировать свое внимание. Напротив, работа за компьютером, и в частности в интернете, требует весьма высокой степени концентрации — быть может, даже более высокой, чем чтение книги. Таким образом, интернет — это горячий медиум, несопоставимый с телевидением.

Становится понятно, какую цель преследуют выставки, предоставляющие посетителям возможность использовать компьютеры и интернет публично: она состоит в охлаждении медиума интернета. Такие выставки расширяют поле зрения и внимания зрителя, который уже не концентрируется на отдельном экране, а переходит от одного экрана к другому, от одной компьютерной инсталляции к другой. Движение зрителя в пространстве выставки подрывает обычную изоляцию интернет-пользователя. Кроме того, выставка, где используются интернет и другие цифровые технологии, обнаруживает материальную, вещественную сторону этих медиа — hardware, материал, из которого они сделаны. Приборы, оказывающиеся при этом в нашем поле зрения, разрушают иллюзию того, что в царстве цифровых технологий все важное случается на экране. Но еще важнее то, что в поле нашего зрения постоянно попадают другие посетители, которые зачастую кажутся более интересными, чем сами экспонаты. В итоге посетитель становится одним из экспонатов, поскольку понимает, что другие смотрят на него. Он сознает свое физическое положение в пространстве. Таким образом, инсталляция компьютерного искусства дает зрителю опыт осознания собственного тела, — опыт, который остается маргинальным в обычной ситуации уединенной работы за компьютером.