Введение в работы Биона полностью

Тем не менее, прежде чем продолжить мы должны установить здесь важное различие. Мы упомянули о ненужной боли с тем, чтобы отличить ее от той, что неизбежно должна возникать в любом анализе. Аналитическая терапия создает анализанту условия, необходимые для получения знания о самом себе. Но попытка узнать подразумевает переживание боли, которая внутренне присуща процессу познания. В любом случае боль невозможно исключить из личности индивидуума. Если аналитик не сможет обнаружить эту боль, он не сможет ее модифицировать, и потерпит неудачу в выполнении одной из своих основных функций. Прогресс в анализе неотделим от необходимости терпеть боль, сопровождающую психическое развитие. Как и в медицине, исчезновение возможности боли будет означать катастрофу. Пациент может стремиться избежать боль прежде ее модифицирования, но слишком сильное уклонение подвергает опасности его контакт с реальностью.

В отличие от ситуации в медицинской практике, где болезнь может быть распознана исключительно одним лишь врачом, в психоанализе такое распознание должно осуществляться двумя людьми: аналитиком и пациентом. Чтобы выполнить свою функцию, врач во многом полагается на свое чувственное восприятие, пытаясь увидеть, услышать и нащупать. С другой стороны, аналитик с самого начала не полагается на свой чувственный опыт; тревога, например, которую он должен обнаружить, не имеет ни формы, ни цвета, ни звука и запаха, и аналитик будет полагаться в той же мере на свою интуицию, как и на наблюдения, которые могут быть зарегистрированы посредством органов чувств.

Психоанализ должен рассматриваться как условие объединения в устойчивую связь, даже несмотря на то, что трудно быть кратким, говоря о составных частях этой устойчивой связи. Психоаналитическая ситуация стимулирует базовые и примитивные чувства как у анализанта, так и у аналитика. Вот почему такие эмоции как любовь, ненависть и страх могут стать тонким местом там, где они могут стать невыносимыми для аналитической пары. Такова плата за преобразование деятельности около психоанализа в другую деятельность, которая является психоанализом. Бион отмечает, что критиковать задачу психоанализа как "не научную" было бы столь же абсурдно, как критиковать ее за то, что она является "не религиозной" или "не искусством" (см. Приложение § 9). В любом случае, единственно полезной была бы критическая фраза: "это не психоанализ."

С другой стороны, Бион придерживается мнения, что сфера личности настолько громадна, что не может быть полностью исследована. Поэтому нельзя говорить о "завершенности" анализа. Вне зависимости от того, сколь долго длится психоаналитическая терапия, она всегда представляет собой начало исследования, которое стимулирует развитие исследуемой области: познание психической реальности. Когда человек завершает свой анализ, он знает о себе больше, чем это было в начале, но если мы рассмотрим отношение между тем, что он знает о самом себе и его психической реальностью, которая также развилась в течение психоаналитического процесса, то относительная доля его знания окажется скорее всего меньше. Поэтому Бион рекомендует нам не тратить время на то, что уже было открыто, а фокусировать свое внимание на том, что еще предстоит узнать.

С точки зрения Биона, психоаналитическая терапия состоит из задач, в которых имеет место конфронтация взрослого и инфантильного аспектов пациента. Представляет интерес узнать не только внутренний мир пациента и его патологию, но также и реальные внешние события, в которых он принимает участие.

Всегда полезно давать пациенту говорить о внешнем событии, которое явно или скрыто беспокоит его, чтобы избежать риска отрицания важности внешней реальности, а также тревоги и депрессии с этим связанных. Таким способом можно получить больше информации. Внешнее событие будет использоваться для того, чтобы направить внимание на бессознательные элементы, которые вносят свой вклад в болезненность этих переживаний. Внешнее событие проливает свет на невроз и в то же время им освещается: обоюдное взаимодействие.

Даже несмотря на то, что практика психоанализа в основном стремится исследовать бессознательное анализанта, она развивается на основе сознательного участия обоих членов аналитической пары. Полезно не упускать тот факт, что у невротического пациента элементы сознания являются столь же значимыми, что и элементы бессознательного. Оба должны быть связаны, выделены и рассмотрены с их реальными значениями в контексте аналитического процесса с тем, чтобы обеспечить объемное видение.

С другой стороны, психотический пациент осознает вещи, которые менее нарушенный пациент вытеснил бы. В этом случае целью анализа может являться помощь пациенту в формировании "контактного барьера," который позволит ему дифференцировать свое сознание от бессознательных переживаний, а значит, спать, вытеснять, забывать и т.д.