— И совсем не думаю, Вадим Степанович. На мой взгляд, партбилет и вера это совсем разные вещи. Партбилет, это как билет в сандуновские бани, без которого ты не получишь ощущения жизни. Но это не значит, что я со всеми моющимися единомышленник. И верую, сними в одно: в шайку, в веник или в кружку пива. Я люблю Родину, и готов умереть за неё, а власть поставила вопрос так, что без этого партбилета я человек второго сорта. Всякая серость с партбилетом в кармане, не прочитавшая за свою жизнь ни одной книги, будет потыкать мной, оскорблять и унижать меня. И пусть я буду, образован, трижды талантлив — эта серость будет бездарно управлять мной. А разве власть, вынуждающая меня вступать в эту партию таким вот образом, поступает порядочно? Это бесчестно заставлять меня скрывать свою веру, запрещать мне ходить в церковь, крестить детей. Власть заставляет меня лгать целому батальону солдат, а я, как последняя сволочь, брешу им перед строем о верной политике нашей партии и о вождях, верных ленинцах.
— Знаешь, Вася, я думаю так. И поделом им, коль партийной верхушке нужна такая партия, где ее члены собрались не по единомыслию, а по принуждению. Пусть имеют то, что хотят. Грош ей цена. Это не партия, а масса людей, и побросают они партбилеты, как только сменится конъюнктура.
— Мне вот лично не понятен один вопрос, он для меня неразрешим. Вдумайтесь, Вадим Степанович, история человечества насчитывает уже более шести тысяч лет, а может и по более, это дело археологов. Всё это время человек жил с верой в Бога. Как он к нему шел — через Будду, Моисея или Христа — это не столь важно. Он жил с верой в Бога. И вдруг приходит аферист и доказывает, что Бога нет, наш народ ему верит. Тысячелетия люди живут с верой, а этот за какие-то десятилетия переубеждает. Стали кресты с церквей сбрасывать, в церквах устраивать нужники. Почему это поколение мнит себя умнее всех остальных, живущих тысячи лет до них? Это что, массовый гипноз, умение манипулировать людским сознанием, или ещё что?
— Я сам часто об этом думаю. Так выражается суть биполярности нашего мира. Есть электрон, и есть положительно заряженная частица. На каждую силу есть противо сила. Вот этот стол, на нем стоит бутылка, она давит на стол с такой же силой, как стол отвечает ей. Так они могут сосуществовать. В противном случае, все бы вещи исчезли, просто рассыпались бы на молекулярном уровне. Так вот, духовный мир, тоже биполярный, делится на божественное и дьявольское начало. «…. И что бы вы делали со своим светом без тени» — кажется, так Булгаков сказал. Признавать надо существование того и другого. И к ним надо относиться с уважением. Так не бывает, чтобы пришёл один человек и вмиг всех разуверил. Миссия пришёл. И то два века, почитай, христиане по пещерам прятались. Так ведь он и не говорил о том, чтобы отречься от Бога. Он говорил, чтобы верили по-другому. Не сразу и не все пошли за ним. А тут Бога покинули все и сразу. Отрицание Бога появилось задолго до появления большевиков. Эти нигилисты появились ещё в прошлом веке, а особенно расцвели после отмены крепостного права.
— А откуда же они взялись, Вадим Степанович, эти тургеневские базаровы?
