-- Жен берем с собой. Да, жен. Ты сегодня же зарегистрируешь брак с Татьяной. Если этого не будет, я её забираю с собой. Ты можешь идти куда хочешь. Один! Ты же теперь не акционер. Ловко ты придумал с Таней. Эх, ты... Я тебя считал другом...
-- Сереж, не кипятись, - примирительно ответил друг. - И не думай плохо обо мне. Я не хочу терять Таню. Ты это знаешь. Я люблю её. Сегодня же вечером я тебе предъявлю свидетельство о браке. Встретимся вечером в ресторане при гостинице. Отметим это событие.
-- Может, не стоит светиться? Кстати, наши запасные паспорта готовы?
-- Готовы. Они у меня. Только я хотел сделать еще несколько. Надо подальше от этих мест. А то я сглупил, сделал регистрацию подложных документов в моем родном городе. И жилье предусмотрел. И Лелька рядом. Но меня там знают.
-- Когда будут готовы новые паспорта?
-- Завтра.
-- Значит, едем завтра.
-- Ну, а сегодня посидим в ресторане. Давай успокоим местных братков: мы здесь, не дергаемся. По ресторанам ходим.
-- Может, и правильно, - ответил Сергей.
И они решили задержаться на сутки. А вечером их пытались убить.
Они были в ресторане. Отмечали бракосочетание Тани и Павла. Только настроение было подавленное. Тане стало плохо, она и Геля ушли и о чём-то секретничали в дамской комнате. Сергей сердито выговаривал Павлу за его махинации. Павел это выслушал, потом вытащил несколько паспортов. Это были документы, новые документы на Павла, Таню, Сергея и Ангелину.
-- Завтра улетаем, вот билеты на самолет. - сказал Пашка - А учить меня уже поздно. Я сам жалею, что так подставляю Таньку. Где они с Гелей, кстати. Что-то долго там носы пудрят. Неспокойно у меня на душе. Чугунов уже что-нибудь успел сделать?
-- Поедем лучше домой, - предложил Сергей, - совсем нет настроения здесь сидеть. Погано так все!
-- Сейчас. Таня что-то хотела важное сказать. Знаешь. А я привыкаю к мысли о ребенке. Кстати! В банке я оформил счета на Веру и... Словом, ты понял, все может случиться, - оборвал себя Павел, он увидел возвращающихся Гелю и Таню. - Едемте домой.
Вернувшиеся жены согласились, что лучше ехать домой.
Таню весь этот день не покидало чувство тревоги. Надо радоваться, и причины есть. Во-первых, она и Паша поженились. Хоть и говорила она, что её устраивают сложившиеся отношения, но обрадовалась, когда Павел настоял пойти в загс. Во-вторых, УЗИ показало, что она носит двойню. Таня это радостное известие оставила на вечер. У неё будут две девочки. Вот Паша обрадуется, должен обрадоваться. А то последнее время он хмурый. А как же иначе? Хоть это радостное известие. А то обложили их со всех сторон. Вот и сейчас, муж хмуро протянул ей небольшой сверток и попросил положить его в сумочку. Это были их новые паспорта и билеты на самолет. Завтра вечером они улетят.
Они вышли из ресторана выпившие, но невесёлые. Таня в тот вечер не пила, ей нельзя уже было, да и тошнило часто её. Женщина крутила головой, чувство опасности терзало душу. Ей показалось, что в зал входил господин адвокат с его масляными глазками и тут же исчез. Таня шла впереди всех. Обычно она всегда следовала за Павлом. Геля любила ходить впереди под руку с Сергеем. А сегодня они замешкались. Геля задела рукой сережку, она расстегнулась и упала. Сережа стал поднимать, Паша остановился их подождать, а Таню опять скрутил приступ тошноты, и она поспешила на улицу, на воздух. Она вышла первая, при выходе её догнали остальные. Женщине стало очень страшно, когда они почти пошли к машине. Если спросить Таню, чего она тогда испугалась, она не сможет ответить. Может, обострившееся чутьё будущей матери, может, инстинкт самосохранения, а может, зловещая фигура Лодзинского, находящегося довольно-таки далеко. Молодая женщина с криком бросилась на Гелю и Сергея, идущих сзади её, повалила их и прыгнула на подбежавшего Пашку. Тот схватил жену, повернулся спиной к машине, и в это время раздался взрыв. Пашка упал на жену. Осколок вошёл ему в шею. Павел прожил еще несколько минут. Таня была ранена в бок. Осколок довольно-таки глубоко распорол кожу и мышцы и прошел навылет. Вскочивший Сергей бросился оттаскивать их от горящей машины. Нерастерявшаяся Геля схватила сумочку Тани и запихнула в свою, благо она любила большие объемистые сумки. Если Гелю спросить, она тоже не скажет, для чего это сделала. А пока женщина бросилась помогать поднимать Таню, которая зажимала руками бок. Из-под пальцев струилась кровь.
-- Бегите, - еле ворочая языком, простонал Павел и, вытянувшись, затих.
Он умер. Поняв, что Павел мёртв, Сергей сунул крупную сумму денег суетившемуся швейцару со словами:
-- Ты не видел, куда мы делись! Веди нас через другой выход.
И, бросив мёртвого Павла, с бесчувственной Таней на руках и Гелей, почти бегущей за ним, он быстро скользнул в какую-то боковую дверь, что открыл швейцар. Швейцар вывел их через подвал совсем с другой стороны. Там стояла его машина.
-- Возьмите, Сергей Сергеевич, - сказал он, протягивая ключи.
