Приехав в Москву к отцу, Вера с удовольствием окунулась в работу, она стала его главной помощницей. Вера постоянно присутствовала на его уроках, как ассистент помогала в работе с учениками. Здесь она и познакомилась со Станиславским. У них были почти приятельские отношения. Вере нравился Константин, ей импонировала его сосредоточенность, преданность искусству и в то же время легкость, непринужденность в общении. При этом ни тени фамильярности - напротив, элегантность, утонченность, галантность.
Константин Сергеевич ставил пьесы в Охотничьем клубе. Однажды он, по обыкновению, зашел к Федору Петровичу на чашку чая. Вера отложила гитару и стала накрывать на стол.
- Как дела в театре? Как "Говорящие письма" Гнедича? Вы ведь только недавно сыграли премьеру. Почему не приглашаете?
- Не приглашаю потому, что заболела актриса, исполняющая роль Зины. Не знаю, что и делать, - сказал Станиславский, задумчиво глядя на ложку, которой помешивал чай.
"Через два дня спектакль, у него заболела исполнительница главной роли, а он так спокоен, чай пьет, как будто ничего страшного не произошло", - подумала Вера.
- И что, спектакль придется отменить? - спросила она.
- Отменить? Да нет, зачем же? - как-то задумчиво глядя на нее, сказал режиссер.
- Но Зину-то кто играть будет? - удивилась Вера.
- А вы и будете.
Немая сцена длилась около минуты. Ее нарушила Вера.
- Хорошо, - спокойно сказала она. - Вы знаете, я ведь играла роль Зины в любительском спектакле в Петербурге.
- Ну, вот видите, как все получается, - улыбнулся Станиславский. Приходите завтра на репетицию. В одиннадцать утра.
Станиславский откланялся. Как только за ним закрылась дверь, Вера бросилась с криком восторга в объятия отца. Он поднял ее, покружил, как в детстве. Потом сказал:
- Я никогда не сомневался, что ты будешь актрисой. Хотя и не хотел этого. Впрочем, может быть, и зря. Ты будешь большой актрисой, я в этом не сомневаюсь.
13 декабря 1890 года состоялось первое публичное выступление Веры Комиссаржевской перед московской публикой. И Станиславский, и зрители были очень довольны заменой. Аплодисменты не смолкали долго, и Вера получила не один букет цветов. Это было особенно ценно, потому что поначалу, узнав о замене, публика была разочарована, но уже после первых реплик новой актрисы зрители внимательно следили за ее игрой и за ходом действия. А затем молодой актрисе удалось "увести за собой" зал, полностью овладеть публикой. Одним словом, дебют прошел прекрасно.
Когда Станиславский начал репетировать "Плоды просвещения" Льва Толстого, на роль аристократки Бетси он без колебаний пригласил Комиссаржевскую. Репетиции у Станиславского очень напоминали уроки актерского мастерства, режиссер выполнял роль педагога, на своем примере показывал, как надо играть, проводил только ему одному знакомые упражнения по системе дыхания, актерского ритма. Некоторые маститые актеры поначалу пытались возмущаться, но Станиславский спокойно выслушивал их и приводил свои аргументы. Он был очень вежлив, терпим, и в конце концов, увлеченные его оригинальными идеями, актеры соглашались пойти на эксперимент. Казалось, этот человек никогда не уставал, его голос всегда был звонким, а взгляд светлым. Он полностью отдавался работе и требовал этого же от своих актеров.
Премьера спектакля "Плоды просвещения" состоялась 8 февраля 1891 года в помещении Немецкого клуба. Комиссаржевская играла под псевдонимом Коминой. И опять успех, опять восторженные отзывы современников:
"Какая и тогда была в этой актрисе загорающаяся и зажигающая окружающих сила! А сцена с Таней в начале 3-го акта, когда Бетси застает ту за протягиванием нитки и потом заставляет признаться в надувательстве всего спиритического президиума, начиная с профессора, кончая Звездинцевым, отцом Бетси. Сколько ума! Какое предвкушение краха "спиритичества", сколько мести загоралось в глазах Веры Федоровны! А взрывы смеха во время сеанса у молодежи... ее глаза испускали на своих партнеров и в зрительный зал живительные лучики".
Вере надо было серьезно думать о профессиональной сцене, это было ясно всем. Такой талант нельзя зарывать в землю. Отец еще надеялся, что Вера пойдет по его стопам и станет оперной певицей, он даже брал ее с собой на гастроли по провинции, где в концертах вместе с ним она исполняла партии известных опер. Публика встречала ее пение благосклонно, пресса благодушно, но не более того. Скрепя сердце Федор Петрович вынужден был признать, что певица из дочери выйдет средняя, а вот драматическая актриса - это ее дар.
