Я согласился дотерпеть до субботы. Писать и звонить не мог – это казалось неподходящим, ничтожным в сравнении с моими переживаниями. Я мечтал видеть её глаза, когда скажу, как скучал.
Я кое-как дождался одиннадцати утра субботы и пошёл к Кернам. Мне открыла дверь её мать. Я слегка стушевался под её пристальным взглядом, от волнения у меня вспотели руки.
– Здравствуйте, тётя Аня. Ксения дома?
– Ты выздоровел?
– Да.
Я переминался с ноги на ногу, всё ещё стоя на пороге, пока Анна Александровна решала, что со мной делать.
– Сеня у себя в комнате, – сказала она, но ни на сантиметр не сдвинулась. – Я могу тебе доверять?
Я нервно сглотнул и кивнул, не понимая ещё, к чему она клонит.
– Дочь, я ушла! – крикнула тётя Аня куда-то себе за спину, напоследок снова кинула на меня внимательный взгляд и ушла, громко захлопнув за собой дверь.
Я разулся, снял куртку, стараясь дышать глубоко и спокойно. От понимания, что сейчас увижу её, все мысли разлетелись, зато из каких-то дальних уголков разума выползли липкий страх и сомнение. Чёрт, да что это со мной? Отрезая все ходы к отступлению, я резко открыл дверь в комнату Ксении. Сердце, пропустив удар, начало работать в усиленном режиме, отчего запульсировало всё тело. А всё из-за той, что стояла сейчас передо мной вся такая домашняя, манящая, красивая, пусть и немного взлохмаченная, в одной (снова моей!) футболке, которая висела на ней мешком, но чётко давала понять, что она без лифчика. Моё самообладание было на исходе. Я помнил про обещание, которое дал тёте Ане, но теперь не был уверен, что оно сможет меня остановить. А потом заиграла эта песня, точно самое искреннее признание, и блеск в широко распахнутых глазах Ксении уничтожил все мои сомнения. Я улыбнулся и сгрёб
Спасибо за выбор нашего издательства! Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.
