– Нет, – сказал дух. – Я не хочу, мне там больно.
– Ну хочешь, я на нашу свадьбу надену белый костюм? – выкрикнул Ирга.
Дух замер в нерешительности.
– Не хочу, – капризно сказал он. – Ты в белом костюме, я в белом платье – будем сливаться.
– Хорошо, – сказал Ирга, развивая успех. – Тогда я куплю тебе белое платье у эльфов, хочешь? Настоящее эльфийское, без гномьих подделок.
– Ты разоришься, – сказал дух задумчиво. – И потом нам нечего будет кушать.
– Не разорюсь, – поклялся некромант. – У меня есть фонд, специально на свадьбу откладывал. Денег мне хватит.
– Все, – сказал целитель, устало опираясь о стол.
– Милая, возвращайся.
– Ладно, только смотри: ты обещал. У эльфов! – сказал дух и исчез.
Тело Олы на столе застонало.
– Тихо, тихо, – сказал целитель, проводя над ней руками. – Спи, спи…
У Отто закрылись глаза, и он сам заснул…
– Вот так все и было, – закончил полугном. Ты неделю лежала тут, как кабачок. Спеленатая и молчаливая.
Ребята с тревогой смотрели на меня, ожидая моей реакции.
– А зомби хотят есть? – спросила я.
– Хотят, – сказал Ирга, удивленно глядя на меня.
– Я что, теперь зомби? – воскликнула я с ужасом.
– Зомби хотят мяса, – успокаивающе сказал Ирга, положив на мой лоб свою прохладную руку.
– Я тоже хочу мяса! – в панике закричала я.
Ирга и Отто переглянулись.
– Успокойся, Ола, – прогудел целитель. – Зомби шоколада не едят. Ты хочешь сырого мяса?
– Нет, – сказала я, прислушиваясь к себе. – Котлет.
– Вот и славненько! – обрадовался целитель. – Хороший аппетит – это значит, что выздоравливаешь.
– А что с моим телом? – спросила я.
– Заживает потихоньку, – ответил Варсоня. – Я тебе котлетки паровые сделаю, жареные тебе еще нельзя.
– А почему вы сразу мне ничего не рассказали? – спросила я.
– Боялись, – ответил Отто, – твоя душа в теле не держалась. Ты как будто жила, но и не жила одновременно. Мы очень за тебя боялись.
– Как это душа в теле не держалась?
– Пойми, милая, – сказал Ирга. – Я бы мог поднять твое тело даже без помощи целителя, но без души ты бы была обычным, хоть и очень качественным, зомби. А мне нужна была именно ты, моя любимая. Но твоя душа не хотела пребывать в теле, в котором жизнь поддерживалась только жизнеобеспечивающей магией.
– А, понятно, – сказала я и похвасталась: – Я у Ёшкиного кота была в гостях. Нет, это не бред, он мне дал себя погладить.
– Ладно, – проворчал Отто. – Я спать пошел, кажется, ты тоже уже того… переутомилась.
Некромант молча сел в кресло-качалку, держа мою руку в своей.
– Ирга, – спросила я напряженным тоном, – ты меня видел после всего этого?
Он кивнул.
– А ты меня захочешь? Я же теперь, наверное, страшная. – Я всхлипнула.
Возлюбленный в немом изумлении смотрел на меня.
– Ну что ты так смотришь? – испугалась я.
– Ола, – сказал он медленно, – неделю назад ты была мертва. То есть совсем мертва. И только благодаря искусству целителей, вмешательству божественных сил и тому, что мне удалось вызвать твою душу, ты сейчас жива. И тебя интересует, захочу ли я тебя?
– Ну да, – сказала я удивленно. – Я ведь теперь живу. И буду жить. И мне кажется, это нормально, что я думаю о будущем.
Ирга рассмеялся, хотя его смех был больше похож на рыдание.
– Мне кажется, я тебя захочу, – наконец сказал он. – Мое желание преимущественно не зависит от того, как ты выглядишь. И парочка-другая шрамов тебя не испортят.
– Как сказать, – пробурчала я, начиная размышлять, грозят ли мне еще поклонники, предлагающие родить общих детей в самый неподходящий момент, или придется все-таки остановиться на Ирге? Нет, я любила некроманта, но поклонники тоже хорошо.
– Котлетки! – громогласно возгласил Варсоня, входя в комнату, и аккуратно покормил меня с ложечки маленькими кусочками. Я наслаждалась всеобщим вниманием.
– Болит? – участливо спросил целитель.
Я кивнула – болело все.
– Наложу обезболивающее заклятие, – сказал Варсоня. – Но не такое тотальное, как Игнатий, хорошо?
– Конечно! Надоело не чувствовать собственных конечностей.
Боль немного уменьшилась, но не ушла совсем. Я ворочалась на кровати, Ирга сидел рядом.
– Ирга, – наконец не выдержала я, – ляг рядом.
– Я боюсь, – признался он.
– Ничего со мной не случится, – сказала я сердито. – После двух зомби ты мне уже ничего нового не сможешь сделать.
Некромант осторожно лег на край кровати, я примостилась у него под мышкой, приняв излюбленную позу. Он легонько начал гладить меня по голове, нежно шепча:
– Милая, любимая моя, моя маленькая храбрая девочка, как же я тебя люблю. Спи, я буду охранять твой сон, и ничего плохого с тобой больше не случится.
Он начал напевать колыбельную своей мамы, и я заснула.
Приснился мне конечно же Ёшкин кот.
– Пррривет, – промурлыкал он. – Как тебе?
– Паршиво, – честно призналась я.
– Ты в любой момент можешь верррнуться, – предложил Кот.
– Нет, спасибо, мне и здесь неплохо, – сказала я.
– Я, собственно, пррришел перрредать пррривет твоему возлюбленному.
– Передам, – настороженно ответила я. – А к чему бы это?
