Теперь-то я знаю отчего, скорее всего купила список с песни у кассирши, и тоже всю ночь переписывала, а заодно и репетировала. Но мне исполнение понравилось, никакого музыкального образования у них скорее всего не было, это и по игре, и по пению слышно. Но старались они от души, тем более что и голос у девушки был красивым, и пела она задушевно, с небольшим надрывом, словно жалуясь на свою судьбу, но не переигрывая с жалостью.
Даже я заслушался. Что уж говорить об окружающих? К концу пения женщины, слушавшие песню, дружно начали хлюпать носами и вытирать платками глаза, а пара молодух откровенно рыдали. Даже мужчины, стоявшие в кругу, смущённо потупились, видимо подобная жизненная коллизия была не редкостью. Девушка достала из футляра гармони медную кружку и пошла по кругу протянув кружку к зрителям. Зазвеневшая мелочь говорила о том, что талант исполнительницы зрители оценили по достоинству.
– Убила бы! – мама возмущённо фыркнула и вытерев платочком глаза опустила в кружку с медяками два полтинника, заслужив от молоденькой певицы благодарный взгляд.
– Кого? – я с удивлением взглянул на маму.
– Ту курву, что Танечке дорогу перешла!
– Мама! – моему изумлению не было предела. – Так никто Тане дорогу не переходил, это же просто песня!
– Просто песня? Много ты знаешь!
– Конечно знаю, это ж я песню написал, ты же её слышала!
– Ой, да шо ты там написал? Да шо ты вообще можешь понимать за женское? Иди уже отсюда, писальщик! Вон, лучше парню помоги с музыкой, а то сестрица так душевно поёт, а он, зараза, всё пение своей фальшью портит. Одни страдания через вас!
Вот и пойми этих женщин…
И над всей этой музыкальной идиллией нависли чёрные тучи. Причём не только в Одессе или в Украине. Судя по тем публикациям, что я читаю в газетах, в Советском Союзе нелёгкие времена наступили для всего музыкального сообщества, но в первую очередь это коснулось песенного жанра.
И я знаю от чего это всё происходит. Но одно дело читать об этих событиях в старых документах, и совсем другое, когда ты сам живёшь в это время и всё это касается тебя непосредственно. Двадцать восьмой год, это последний год «спокойного» НЭПа. Дальше – всё, год «Великого перелома» и финиш. А виной всему политика, точнее борьба политиков за власть. Троцкий, после Ленина второй человек по популярности в партии среди рядовых партийцев, уже снят со всех постов и выслан в ссылку в Алма-Ату. Но это было ошибкой Сталина и к успокоению внутрипартийных волнений не привело.
На своих местах и должностях остались сторонники Троцкого, обвиняющие Сталина в отходе от принципов Марксизма-Ленинизма и основополагающего догмата о неизбежности и необходимости мировой революции. Срыв хлебозаготовок в прошлом году стал одним из катализаторов развернувшейся внутрипартийной схватки за власть и новый курс партии. Спровоцировав заодно и жёсткую полемику, но направленную не на поиск путей выхода из продовольственного кризиса, а на поиск виновников этого кризиса. И такой виновник был найден, им объявили кулака-мироеда и «новую буржуазию» – НЭПманов, а также «перерожденцев» в среде новой советской бюрократии.
Экономика запада уже оправилась от последствий мировой войны и в сторону первого государства рабочих и крестьян полились воинственные высказывания и угрозы. В начале прошлого года Чемберлен, министр иностранных дел Великобритании направил советскому правительству Ноту, которая была расценена как открытое вмешательство во внутренние дела молодого советского государства. Сторонники Сталина воспользовавшись этой Нотой старательно разжигают тезис о внешней военной угрозе и обвиняют троцкистов в том, что они «льют воду на мельницу мировой буржуазии». До обвинений оппозиционеров в предательстве классовых интересов и призывов к беспощадной расправе с этими предателями «железной рукой» карательных органов осталось уже недолго.
Такой ситуацией не могли не воспользоваться и остаться в стороне так называемые «деятели искусств». Прикрываясь фальшивыми лозунгами о борьбе с вредительством и «мировой закулисой» они начали банально сводить между собой меркантильные счёты, выясняя кто из них «более советский» и, следовательно, более других достоин почестей и славы, а кого давно пора выкинуть «на свалку истории». Газеты запестрели фельетонами, статьями и заметками с «разоблачением» безыдейных песенок, сомнительных пьесок и вредительской деятельности как отдельных личностей, так и целых музыкальных объединений. Недоброжелатели и завистники, которых и у нас хватало, не преминули воспользоваться ситуацией и решили пройтись своими грязными лапами и по нам, в надежде если не затоптать, так хотя бы запачкать грязью.
