Прошли без приключений несколько часов вниз по течению, затем на левом берегу Дона показались очертания каменной крепости. Судя по заранее изученным картам и моим скудным познаниям по истории, это могла быть крепость Саркел или Белая Вежа, изначально принадлежавшая Хазарскому каганату. Впоследствии её поочерёдно завоевывали и киевские князья, и кочевые племена половцев.
Крепость располагалась на мысе, отделённом от берега рвом. У стены находился второй ров. По форме крепость представляла собой четырёхугольник, толстые стены высотой около десяти метров были усилены башенными выступами и массивными угловыми башнями.
Разумеется, в крепости заметили наше приближение. Ворота, которые располагались в северо-восточной стене и выходили к реке, были открыты стражниками, и мы увидели воинов, проворно побежавших к стоящим у берега ладьям. Я разглядел в бинокль неплохую экипировку: кольчуги, остроконечные шлемы сферической формы с полумаской и бармицей, металлические накладки на голени. Каждый из воинов был вооружен боевым топором, мечом и ярко-красным щитом в форме капли.
Чтобы не тратить дорогостоящие патроны на этих благородных воителей и их «непотопляемую» флотилию, я решил увеличить ход нашей лодки и включил электромотор. Скорость значительно прибавилась. Тем временем, воины погрузились в ладьи и активно заработали веслами, попутно расправляя ярко-красные паруса с пёстрым орнаментом.
Три ладьи, погнавшиеся за нами, запомнились мне своим дизайном: на носу каждой из них была приделала деревянная голова то ли взбесившейся лошади, то ли змея горыныча с широко открытой пастью.
Через час их безрезультативная погоня стала мне надоедать. Но, похоже, гребцы у противника недостаточно качали бицепсы в своих каменных спортзалах и выдохлись.
Ладьи начали потихоньку отставать, а потом вовсе развернули своих змеев горынычей ко мне задом и потрусили домой без добычи несолоно хлебавши.
Кто хотел поживиться за наш счёт, мы толком не поняли: то ли киевские святославичи, то ли хазарские тарханы, то ли вездесущие и во всём виноватые половцы-печенеги.
Впрочем, какая разница — грабежами и разбоем промышляли все вышеперечисленные товарищи без исключения. Разъехались с ними, и ладно.
Сегодня до самого вечера остановки делать не будем. Местность становилась всё более заселённой. Предполагаю, что нападения на нас будут учащаться.
Медвежатам пришлось дать «магический общий наркоз» и «уложить» их спать, чтобы не мешались под ногами и не расцарапали лодку своими острыми когтями.
Кир всё время высматривал в небе хищную птицу, которую можно было бы приручить, но пока у него это не получалось — кандидаты парили очень высоко, и способность не срабатывала.
За целый день плавания без остановок все сильно вымотались и проголодались, поэтому ужин прошёл без разговоров. Выпустив проснувшихся медвежат порезвиться ночью, мы быстро улеглись спать.
Весь последующий день мы плыли в своём обычном неторопливом стиле, попутно обучая Айку с музыкантами испанскому языку и счёту.
Я обратил внимание, что Дон начал разветвляться, много заводей и протоков — верный признак того, что река будет скоро впадать в море.
Глава 81. Хаябуса
На следующее утро нам удалось приручить сокола – сапсана – одну из самых быстрых хищных птиц в мире, способную, по утверждению учёных, развивать скорость около трёхсот километров в час. Секундомер у нас был, но данные современных орнитологов проверять не будем, поверим им на слово.
Кир увидел планирующую в небе подходящую птицу и, активировав магическую способность, громко свистнул. Сапсан, стремительно спикировав вниз, сел на палку, которую Кир предусмотрительно держал в руках. Резкий и отрывистый крик сокола «кьяк-кьяк-кьяк» заставил вздрогнуть не только готовивших завтрак девушек, но и размечтавшихся на берегу Гудислава с Девятко.
С тёмным, аспидно-серым оперением спины, пёстрым светлым брюхом и чёрной верхней частью головы, жёлтыми лапами и загнутым жёлтым клювом, хищник производил достойное впечатление. Больше всего меня поразили его глаза: выпуклые, чёрные, окруженные желтоватым кольцом голой кожи.
— Знакомьтесь, это Хаябуса, кодовое название Ки-43. Моя персональная версия японского истребителя времён Второй мировой, — похвастался всем Кир, представляя нового прирученного питомца.
Для комфортного размещения Хаябусы пришлось соорудить насест. Особо не заморачивались сложными конструкциями, а нашли толстую длинную палку и укрепили её на лодке.
Вскоре владение соколом полностью оправдало себя — в протоке реки, где мы остановились на ночёвку, обнаружили стаю уток, прячущихся в зарослях камышей.
Хаябуса, по команде Кира, распугивал мирно крякающую компанию, и встревоженные утки тотчас взлетали с насиженного места.
Я же сшибал их из пневматической винтовки.
После этого «японский истребитель» догонял улетевших и, как выдрессированный ирландский сеттер, приносил нам подстреленных птиц.
