— Они не могут грести круглосуточно, сейчас мир, для торговли галера не подходит, все, что будут делать — болтаться в прибрежных водах, да отрабатывать ритм! На рудниках они хотя бы работали! А чем они тут будут заниматься в свободное время? Бунтовать?
— Найдите им какое-нибудь занятие. Их можно использовать на постройке новых кораблей.
Квейг простонал:
— Боги всемогущие, Тейвор, что вы будете делать, когда вам придется самому управлять своими землями? Ваши несчастные подданные умрут от голода на второй год! Чем, по-вашему, будет зарабатывать на хлеб цех корабельных мастеров, если я отдам их работу каторжникам? И как быстро оскорбленные мастера переберутся в Кавдн и Ландию?
— Ваших мастеров можно поставить командовать работами.
— Они мастера, а не надсмотрщики! Береговое братство и так в возмущении! Вы обещали построить новые корабли, а строите галеры!
— С каких пор галера перестала быть кораблем?
— Объясните это совету капитанов! Ваши новшества дорого мне обходятся! Чего стоила одна эта школа!
— Послушайте, герцог, вы же понимаете ситуацию. Нам нужен флот, способный противостоять на море Кавдну. Парусники для этого не годятся. Потерпите несколько лет — будут вам и ваши любимые парусные корабли. Не все сразу! Высокий Совет выделил деньги именно на галеры, и вам придется с этим смириться.
— Смириться — да, но не надейтесь на мою помощь. Мои люди не будут надсмотрщиками над вашими каторжниками!
Тейвор улыбнулся — на это он и рассчитывал:
— Никто и не требует от вас этого, я оставлю тут небольшой гарнизон, они построят в порту бараки для гребцов, и будут охранять их.
— Что?!
— Вы же сами сказали, что ваши люди брезгуют подобной работой. Не беспокойтесь, это не будет стоить вам ни гроша.
— Значит, кроме каторжников вы вешаете мне на шею еще и надсмотрщиков? Вы представляете, что они могут натворить в портовом городе?
— Вы имеете полное право наказать любого, нарушившего общественное спокойствие.
Квейг подарил военачальнику тяжелый взгляд, говорящий, что начинать наказания нужно с главного затейника, и будь на то воля герцога Квэ-Эро, он бы прямо сейчас этим и занялся:
— Тейвор, я предупреждаю вас: первое изнасилование или драка с участием ваших людей — и они покатятся прочь с моей земли вместе со своими каторжниками и галерами. И дальше пусть хоть по великой пустыне плавают!
Уверениям графа Квейг не верил. Он не вчера родился на свет и знал, что за люди идут в надсмотрщики: отбросы, ничуть не лучше тех, кого они сторожат, зачастую сами из бывших каторжников. На рудниках, вдалеке от поселений, они не могли дать волю своей звериной натуре, срываясь только на подопечных, а в богатом мирном городе, где девушки щеголяют голыми загорелыми ногами, а в тавернах потоками льется вино… Да это все равно, что отряд наемников впустить в женскую обитель! Квейг тряхнул головой, отгоняя военные воспоминания. К Ареду все гениальные планы великого полководца, обнажавшего меч только на тренировках. Если эти твари обидят хоть одну девушку — стрелой с его земли вылетят, а непосредственного виновника — на кол посадит, и плевать ему на милосердные законы империи, оставившие из видов казни, применяемых к простолюдинам, только повешение.
— Послушайте, Квейг, вы, похоже, сомневаетесь в мудрости наместницы, — Тейвор прибегнул к последнему аргументу, самому весомому. Даже он, плохо разбирающийся в людях, помнил, какими восторженными глазами смотрел юный герцог Квэ-Эро на его тетушку.
Квейг вздохнул — сомневаться в мудрости наместницы он не смел, и все же, в глубине души был уверен, что в данном случае Энрисса ошибается:
— Если бы я сомневался в мудрости наместницы, ваши галеры уже искали бы другую гавань.
— Тогда я не вижу смысла продолжать этот бесполезный разговор. Мы спорим уже вторую неделю. Лучше взгляните еще раз: разве они не прекрасны?
— Они уродливы, Тейвор. Повернитесь и вы увидите, что такое действительно прекрасный корабль!
— Вы о своем галиоте? Да, красиво, но это бесполезная красота. Я уже не говорю о том, во сколько вам обошлась постройка. За эти деньги можно построить три такие галеры, а в бою от вашей красавицы не будет никакого прока! Времена бесполезной красоты уходят, герцог. Привыкайте к новым очертаниям прекрасного. Отныне прекрасно то, что полезно!
За ужином Квейг сидел мрачнее Келиана, ковырял вилкой в тарелке, и от того, чтобы выругаться, его удерживало только присутствие супруги. Ивенна не выдержала первая:
— Что случилось? Я думала, что проводив нашего дорогого гостя, вы сразу повеселеете.
— Он вовремя уехал. Еще день — и я нашел бы повод для дуэли.
— Да, на редкость неприятный молодой человек. Заранее сочувствую его будущей супруге.
