Плоскогорье сперва было ровное, потом начался небольшой подъем. Частый кустарник сменился деревьями, меж которых виднелись широкие прогалины. Идти стало легче: ершистые кусты не заслоняли дорогу, верткие, как пружина, ветки, потревоженные идущими, не хлестали по лицу. Они шли во весь рост, шепотом перекидывались короткими замечаниями; Фрир вел и шагал немного впереди. До него доносился тихий говор, а раз даже показалось, что он различает приглушенное шипящее насвистывание, — вероятно, Теку пришла на память одна из песен, которые по вечерам пели в лагере.Порой сквозь редкую листву он видел бледнеющие звёзды; но сейчас незачем было точно держать направление: все равно упрутся в шоссе. И они наскочили на него там, где дорога поднималась к ущелью, раскроившему надвое гребень горы. Держась меж деревьями, они медленно взбирались по пологому склону. Дорога была безлюдна — днем по шоссе и то мало ездили, потому что паром у Кхангту не брал грузовых машин, и все большие транспорты с конвоем проходили восточнее, здесь же была просто пустынная трасса, неизвестно зачем тянувшаяся через лес.
С первыми лучами солнца они достигли вершины и вышли к обрыву над глубоко врезанной в почву лентой бетона. Джунгли расступились, и по обе стороны кое-где полукружиями выглядывали участки дороги: она, вихляя, бежала мимо хребта, на краю которого остановился отряд. Позади, там, где они шли всю ночь, щетинился лес — сплошную стену его нарушала лишь проплешина аэродрома, — лес сползал под уклон в прорытую в скалах долину, туда, где вьется река и в утреннем тумане встают причудливые башни утесов. Впереди, то опускаясь, то поднимаясь, легли мохнатые складки гор. Они с интересом озирались вокруг.
Тек от удовольствия причмокнул языком.
— Хорошее место! Далеко видно, если кто идет. Это отсюда напали на транспортер с пулеметами?
— Примерно отсюда, — кивнул Анг.
— Говорят, молния не ударяет дважды в одно место, — засмеялся Тек. — Вот я жил в Рани Калпуре, так там росло большущее дерево, как раз посреди лачуг. И был год, когда в пору дождей в него за один месяц дважды ударила молния.
Футах в пятидесяти ущелье обрывалось и отвесно падало на дорогу; неподалеку от них на дно его сбегала стежка, протоптанная местными жителями, и уходила вверх по противоположному склону. Деревья были вырублены довольно основательно, но кустарник и высокая трава доходили до самого края откоса.
Фрир опередил всех, перебрался через расщелину, шагов двадцать-тридцать прошел по другой стороне, и остановился, хмуро глядя вниз на дорогу. Потом стал смотреть, как с трудом карабкаются остальные, высоко поднимая ружья над росистой травой — на фоне широкой полосы рассвета их черные фигуры казались выше человеческого роста.
— На обратном пути, — пояснил он, — после долгого подъема грузовик здесь пройдет на самой малой скорости. Вон видите — через дорогу впадина у края откоса? По-моему, там в зелени может спрятаться один человек. Это будешь ты, Тек.
— Ты хочешь, чтобы я помахал им и отвлек внимание?
— Нет, сиди в кустах и жди, пока мы не обстреляем кабину и не заставим грузовик остановиться как раз под тобой. А то твоя пушка не больно точно бьет с далекого расстояния.
Тек ухмыльнулся, разглядывая свое будущее убежище на середине противоположного склона.
— Зато я могу облить их сверху, тютелька в тютельку, как вы начнете.
— А мы спустимся ярдов на пятнадцать подальше, — Фрир положил руку на плечо Тину. — Ты останешься со мной на этой стороне. Анг и Кирин будут как раз напротив.
Жест Фрира, видно, подбодрил Тину, мальчик набрался смелости и сказал таким тоном, словно ему не впервой:
— Здорово получается!
— Ну-у! — Тек насмешливо пожал плечами, — если уж наш мальчик считает, что здорово…
Фрир отвернулся. — Пошли назад, под деревья. Они отыскали местечко, где можно было с комфортом спрятаться. — Хотите по сигарете? — предложил Тину.
— Отлично, — одобрил Фрир. — А потом по очереди будем сторожить дорогу. Они уселись на корточки неровным кружком и задымили: тонкие голубоватые усики потянулись от расслабленных пальцев, белые облачка заклубились у губ. Фрир сделал несколько глубоких затяжек, вынул изо рта сигарету и взглянул, много ли осталось до отметины ногтем. Тек последовал его примеру, стряхнул тлеющий коник и продул сигарету, чтобы не сохранился противный запах застарелого табака. Потом встал. — Пойду в дозор первым, — заявил он. — Я еще в лагере научился: если досталась скучная работа, делай поскорей, пока никто тебя не подгоняет — вот и получится, что ты вроде сам себе хозяин.
— Когда грузовик проедет туда, жди, пока он не вернется обратно. Нам надо знать, сколько времени уходит на дорогу в оба конца.
— Есть. Часов мне не требуется, — Тек ударил себя в грудь, — у меня там внутри машинка, которая отсчитывает минуты.
— Тебя бы подвесить в центре лагеря, чтоб отзванивал время, — улыбаясь, сказал Фрир.
— Это я могу. Только перед обедом буду немного убегать вперед.
