— Вам скоро придется исчезнуть. А потом появиться в Закавказье. Вернее в армянских вилайетах Оттоманской империи. Там вас ждет работа по профилю. И не по профилю. Осман вы ведь нежно любите? Ну, вот, видите. Если вы согласитесь, то завтра вы придёте сюда, и мы с вами предварительно поговорим. Ну, а нет, значит, нет. При этом я не могу обещать, что в случае отказа вас или ваших подручных потом не станут искать мои люди с самыми недобрыми намерениями. Увы, издержки профессии. Сами знаете. А с началом войны в Европе ваши услуги могут снова понадобиться в Сербии. И, возможно, на прежней должности. Ну, или очень похожей. А пока обстановка на Балканах требует полного искоренения ваших методов. Провокаций против австрийской короны и без вас хватает. Так что армянский эпизод вашей жизни вы сможете потом считать просто временной командировкой. Не более того. Так что вы, полковник, сегодня подумайте и решите, как вам жить дальше. Договорились?
Дождавшись кивка от оппонента, Гаршин удовлетворенно заключил:
— Ну вот и хорошо. Вот и ладненько. А пока у всех вас есть работа. Истерию национализма нужно срочно прекратить! — А про себя Гаршин подумал, что вербовка этого кадра еще далеко не закончена. Но скорее всего за этот вариант и шанс Апис уцепится. Больше ему все равно вряд ли кто-то предложит.
Апис тоже был не прост. Он был профессионалом, и быстро понял, как его купили. Сначала ему не оставили выбора, а потом бросили спасательный круг. Все это, конечно, было сделано с грацией носорога в посудной лавке, но тем не менее цель была фактически достигнута. Сербия была поставлена под русский контроль всего за одну встречу. А об изяществе русские заботиться не стали. Об этом вполне возможно позаботятся историки, но когда-нибудь потом.
— Господа, — обратился Столыпин к двум сербам — премьеру и полковнику. Если вы не возражаете и у вас больше нет срочных вопросов, вы можете идти. Мы вполне можем еще встретиться завтра. И послезавтра. И послепослезавтра… А вот с его высочеством нам предстоит весьма долгий разговор…
Не через три дня, а через 4, но истерия национализма в сербской прессе резко пошла вниз и через неделю в основном закончилась. «В основном» — потому что ей еще были заняты кроме всех прочих еще и либеральные проавстрийские круги. Вот казалось бы откуда они в Сербии после стольких лет «Свиной войны»? Ан, и такие находятся. Причем это было не наследие темного прошлого.
Болгарскую величавость и болгарский национализм сгоняли труднее. Болгарский премьер Иван Гешов с командой переговорщиков был обработан еще в Лондоне. Но вот остальная Болгария… В общем на Болгарию пришлось потратили целых три недели даже несмотря на то, что рычаги воздействия на болгар тоже имелись, хоть и не такие убойные как на сербов.
У болгар кстати тоже имелись свои скелеты в шкафу. По изначальному плану Западную Македонию должны были завоевывать в основном болгары. Но вся Балканская война прошла вообще не по планам. Болгарских войск на западный участок выделено было совсем мало, и Западную Македонии от турок освобождали сербские войска, а не болгарские. Так вот сейчас бойцы Внутренней македонско-одринской революционной организации (сокращённо ВМОРО — проболгарская партизанская организация), ранее много лет активно боровшейся против турок партизанскими методами, стали недобро посматривать на сербские войска, которые теперь занимали большую часть Западной Македонии. Не дай Бог еще и тут полыхнет… Совсем беда будет!
Вообще в Софию русский Император сначала собирался послать князя Агренева в качестве одного из переговорщиков. Но потом все переиграли, и князь отправился таки на переговоры с болгарами и не только болгарами, но не в Софию, а в Одессу, где 4 победителя турков при помощи России должны были разделить добытое у османов. Болгарскую верхушку в Софии взяли под относительный контроль экономическими вопросами. Казалось бы война продолжалась недолго, но даже за этот короткий срок задолжали болгары Петербургу весьма немало. По меркам своей страны, конечно. Да и у болгарского царя Бориса детство и упертость в одном месте взыграли. А политика — штука гадкая. Тут на братство по оружию болгар и русских после битвы ссылаться можно, но при отсутствии иных аргументов это почти ничего не стоит, как и уже оказанная услуга.
