Они устроились на ближайших свободных местах. Кларк машинально потянулся к карману за своими курительными палочками, но тут же заметил неодобрительный взгляд регистраторши. Его взгляд скользнул по стене, где висело не менее двух десятков табличек с различными запретами: «Курить запрещено», «Пить запрещено», «Говорить на повышенных тонах запрещено», «Использовать электронные устройства вблизи экспериментальных моделей запрещено»…
«Бюрократия, — мысленно усмехнулся Кларк. — Универсальное явление во всей галактике».
— Мери, вы когда-нибудь слышали о планете Сюоурун? — вдруг спросил он.
— Нет, конечно. Это название из фантастического романа? — с любопытством взглянула на него девушка.
— Можно и так сказать, — Кларк таинственно улыбнулся. — Представьте себе мир, где бюрократия достигла абсолютного совершенства. Место, где существуют миллионы законов, регулирующих каждый аспект жизни, и большинство из них противоречат друг другу.
— Звучит как кошмар, — сморщила носик Мери.
— Более чем. Там, если ты случайно разбиваешь чью-то вещь, на тебя тут же подают иск о компенсации. Но интересно, что ты с абсолютной уверенностью можешь подать встречный иск против хозяина разбитой вещи и предъявить ему обвинение в халатном отношении к своей собственности. И знаете, что самое смешное? Оба иска будут удовлетворены!
Мери рассмеялась: — И как же решается такой парадокс?
— Деньгами, конечно, — Кларк пожал плечами. — Побеждает тот, кто больше заплатит судье. Вся система держится на легализованной коррупции.
Упоминая Сюоурун, Кларк не лгал — эта планета действительно существовала в секторе Вега-8 и была печально известна среди межзвёздных путешественников своей кафкианской юридической системой. Сотни неосторожных капитанов, не ознакомившихся заранее с местными законами, заканчивали там в долговой тюрьме, лишившись кораблей и грузов.
— Какая фантазия у писателей! — восхитилась Мери. — Вы много читаете научной фантастики?
— Можно сказать, я в ней живу, — загадочно ответил Кларк.
В этот момент электронное табло над регистрационной стойкой показало цифру «6», и раздался мелодичный звуковой сигнал.
— О, наша очередь, — Кларк поднялся. — Идёмте, Мери. Возможно, вам будет интересно послушать, как я буду описывать свои изобретения эксперту.
Они прошли через арочный проход в соседний зал, где за длинным столом сидели несколько человек в строгих костюмах с бейджами «Патентный эксперт». Одна из них, женщина средних лет с усталым взглядом и папкой бумаг перед собой, подняла руку, подзывая их.
— Номер шесть? Подойдите, пожалуйста, — произнесла она механическим голосом, в котором слышалась многолетняя рутина и профессиональное выгорание.
«Типичный представитель класса бюрократов, — отметил про себя Кларк. — Такие встречаются на любой планете с развитой административной системой. Они создают иллюзию порядка, перекладывая бумаги и штампуя формы, но их настоящая функция — поддерживать статус-кво и тормозить любые инновации, угрожающие существующей системе».
— Добрый день, — Кларк улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой. — Меня зовут Кларк Крафт, и я хотел бы запатентовать два своих изобретения.
— Заполните форму F-357-B, — эксперт протянула ему планшет с электронной формой. — И приложите описание изобретения, схемы, расчёты и доказательство работоспособности концепции.
Кларк принял планшет и начал быстро заполнять форму, используя подготовленные заранее данные своей земной личности. Личность «Кларка Крафта» была тщательно проработана — с настоящим свидетельством о рождении, образованием в Массачусетском технологическом институте (с реальной записью в архивах, внедрённой туда Омегой) и солидной научной биографией, включающей публикации в авторитетных журналах (которые никогда не выходили в печать, но чьи электронные копии безупречно воспроизводились субинтерпретатором при необходимости).
Мери с интересом наблюдала за процессом, изредка заглядывая в планшет.
— Вы правда работали над квантовыми компьютерами в МТИ? — шепнула она.
— Это была часть моей диссертации, — непринуждённо ответил Кларк, внутренне улыбаясь тому, как легко люди верят информации, если она оформлена в официальном виде.
Закончив с формой, Кларк достал из портфеля два запечатанных конверта с детальными описаниями своих «изобретений» и положил их перед экспертом.
— Первое изобретение — метод молекулярной реструктуризации вещества, который я назвал «Конвертер Крафта», хотя в научных кругах его уже окрестили «философским камнем», — начал он, наблюдая за реакцией эксперта.
Женщина подняла бровь с видом человека, повидавшего слишком много странных идей, чтобы удивляться ещё одной.
— И в чём заключается принцип работы? — спросила она с плохо скрываемым скептицизмом.
— В использовании управляемых квантовых флуктуаций для изменения атомной структуры вещества, — ответил Кларк, намеренно используя наукообразную терминологию. — По сути, устройство манипулирует положением электронов и протонов в атомах, формируя новые молекулярные связи.