Понятное дело, консерваторы выкатили тяжелую артиллерию в защиту "репрессивной толерантности" (она же "репрессирующая"), убеждая, что по-настоящему репрессивным является террор левацкой "высвобождающей толерантности", которую рекламируют различные салонные оргáны и организации (например, гданьское Товарищество Толерадо), и которая, кстати говоря, свои доктринальные корни имеет в XVIII веке (Вольтер и Руссо гласили, что "что только лишь люди, не являющиеся религиозными фанатиками, заслуживают общественной толерантности". Гжегож Стшемецкий: "Почитаемая будто идол толерантность хороша или плоха в зависимости от того, что мы обязаны этой толерантностью охватить. В фальшивой морали, построенной на псевдоценностях, роль зла исполняет нетерпимость, а роль добра – терпимость к наихудшему злу, уравнивающая последнее с добром, то есть, представляющая зло как добро, а это уже деяние воистину дьявольское, ибо подобным образом на основе толерантности строится порочная ментальность и продажная совесть" (2020). Александра Рыбиньская[54]: "Левацкая толерантность в качестве наивысшей ценности выпихнула из общественной жизни иные принципы его, этого общества, функционирования – честность, тщательность, совестливость. Совершенно не важно, воруешь ты или мошенничаешь – важно, любишь ли ты негров" (2009). Английское издание "The Spectator" воспользовалось в отношении салонной "высвобождающей толерантности" (она же "эмансипирующая") определением "тоталитарная толерантность левых". Гениальный колумбийский колумнист Николас Гомес Давила очень верно диагностировал, что "безграничная толерантность является всего лишь лицемерным способом уступить левакам" (1986).
