Гол! Коутиньо, Коутиньо, Коутиньо. Филиппе, ты красавчик! Пока мы гонялись, ловили и обнимали Коутиньо, на поле прибежал Брендан Роджерс. Он так молотил кулаками в воздухе, будто собирался отправить кого-то в нокаут. Махина «Сити» была повержена. «Ливерпуль» – 3, «Манчестер Сити» – 2.
Компани казался подавленным. Судьба вмешалась. Его ошибка, и чуть-чуть удачи для нас. Оставалось еще 12 минут. Еще 12 минут яростной борьбы. 12 минут для трех самых важных очков в моей карьере. Вместо Коутиньо вышел Мозес. Он обрушился на защитников «Сити». Компани на этот раз жестко держал оборону. Он отобрал мяч у Мозеса, и снаряд улетел на открытое пространство. Хендерсон с Насри вдвоем бросились отвоевывать его. Хендерсон мчался с таким ускорением, что сшиб Насри с ног.
Клаттенбург полез в верхний карман за карточкой. Красная. Хендерсон удален. Никто не оспаривал это решение. В этот момент никто не понял, какое значение будет иметь эта красная карточка. Хендерсону доведется немало узнать о том, что такое горькие последствия. Затем я понял, что нам нужно держаться. Игроки «Сити» вновь рванулись вперед. И Демичелис в последний раз отдал длинную передачу. Но было уже все равно. Арбитр дал свисток, едва мяч влетел на нашу территорию. Все было кончено. Мы выиграли десять игр подряд. Мы победили «Манчестер Сити».
МАТЧ, В КОТОРОМ МЫ, КАЗАЛОСЬ, ПОБЕДИЛИ, А ПОТОМ ПРОИГРАЛИ, ЕЩЕ ПРОДОЛЖАЛСЯ.
Титул, казалось, был теперь так близко, что хотелось плакать. Миньоле, Сако и Флэнаган обняли меня. Тут меня прорвало. Пока они обнимали меня, я поднял голову к небесам. Я не мог сдержать слез. Меня переполняло облегчение. Правой рукой я утирал слезы. Луис Суарес присоединился к празднованию. Он вместе с остальными обхватил меня.
Весь «Энфилд» смотрел на нас. Наши болельщики даже не пели. Они просто аплодировали, радуясь и едва веря. Быть может, их, как и меня, душили слезы, и они не могли петь. Аплодисменты прекратились, когда игроки «Сити» побрели к туннелю. Я вздохнул полной грудью. Я снова поднес руку к лицу, словно мог скрыть свои слезы. Следующими ко мне подбежали Шкртел с Джонсоном. Меня окружила толпа товарищей по команде. Стерлинг перебежал через поле и напрыгнул на спину Флэнагану. В нашу кучу пробрался Джо Аллен. Сейчас все они были нужны мне еще больше. Я заставил их всех сгрудиться в центре поля. Я и не догадывался, что за мной наблюдает телекамера Sky. Я забыл обо всех, кроме своей команды. Они что-то восторженно бормотали. Мне нужно было поговорить с ними и сказать, что, несмотря на мои слезы, мы еще не довели дело до конца. Такой возможности выиграть в лиге у нас еще не было – лучшая возможность для «Ливерпуля» за последние 24 года. Футболисты праздновали. Отпраздновал и я. Но мне не хотелось, чтобы теперь мы пустили все на самотек. Я не готовил свою речь. Я знал лишь, что должен донести до них: знаете, а ведь нам пока есть чего бояться. Мы выиграли матч, в котором все могло пойти иначе. Давайте-ка возьмем себя в руки и приготовимся начать все сначала. Я не осознавал, насколько был взволнован, пока гораздо позже не посмотрел на это со стороны. Я просто отчаянно стремился завладеть вниманием игроков и дать им понять, что нам нужно делать в течение следующей недели, пока мы не сыграем следующий матч.
Я чувствовал, как они плотно обступили меня, опустив головы и прислушиваясь. Я охрип, голос у меня прерывался, мой ливерпульский выговор раздавался в нашей кучке:
– Не упустим этот гребаный шанс! Не упустим его! Слушайте. Слушайте. Этот прошел. Мы едем в Норвич. И сделаем ровно то же самое. Мы сделаем это снова. Выше головы!
Игроки негромко промычали что-то в ответ. Наша группа разошлась. Я обернулся к фанатской трибуне, подняв руки над головой в знак признательности. Теперь они уже пели с безусловной уверенностью: «И теперь вы в нас поверите, теперь вы в нас поверите, теперь вы в нас поверите… мы выиграем лигу… мы выиграем лигу»!
Прежняя песня эхом раздававалсь по стадиону, когда я уходил, внезапно почувствовав себя выдохшимся и изможденным. Только что я сыграл самый продолжительный матч в своей жизни.
