Необычное место, и процесс покупок был… необычным. Во-первых, никто меня и не подумал обмерять, или хотя бы поинтересоваться моими размерами. Какой-то плюгавый тип в кепке пристально на меня взглянул, кивнул сам себе, пробурчал какую-то абракадабру, и исчез.
Потом несколько молодых людей, зачем-то все время меняясь, приносили нам с воеводой на оценку по куску тканей, книги с пуговицами, и даже катушки с нитками. Я мало что понимал, и поэтому молчал. Воевода выглядел серьезным и сосредоточенным, но, судя по всему, хотя бы понимал что происходит. Поэтому он в основном и принимал решения. Мне и оставалось только, что отвечать на прямые вопросы.
— Черный или темно-синий?
— Синий.
— Белый, топленое молоко или светло-серый?
— Серый…
И так далее, и в том же духе. От выбора ювелирных изделий старый воин меня решительно избавил.
— Не заставляйте меня смеяться, — заявил он. — Молодой господин не нуждается в этой… продукции массового производства.
И пояснил, стоило только очередному консультанту скрыться:
— Твои предки снабдили тебя богатейшим выбором изделий из благородных металлов. Потом, сам посмотришь.
— Сокровища Рода? — хмыкнул я. — Почему их не продали, когда… было очень нужно?
— Не мы собирали, не нам и продавать, — буркнул воевода, и отвлекся на следующего парнишку, явившегося с просьбой сделать выбор.
Все про все, в этом странном месте мы провели чуть больше часа. И когда последний молодой человек вместо выбора, предложил нам счет, я был, мягко говоря, удивлен. Комплект одежды должен был обойтись мне едва ли не дороже, чем покупка бывшего автосервиса в Ковалевом Логу.
— Надо, Антонушко. Надо, — заметил воевода мои сомнения. — Встречают-то по одежке…
— Как только все будет готово, заказ будет вам доставлен, — по-своему истолковал мои раздумья консультант.
«Ну, хоть на доставке сэкономим», — подумал я, доставая банковскую карту. Денег было жалко до слез.
Добрался воевода, наконец-таки, до автосервиса. Познакомил его с Воиславом Ромашевичем, и потерял соратника. Образно говоря, конечно, потерял. Встретились, как говорится, два одиночества. Один, имею в виду изобретателя, теоретик. Второй матерый практик. И оба — фанаты всего, что может с наивысшей эффективностью уничтожать живую силу и технику противника.
В общем, зацепились языками эти два человека, заспорили. Да так, что уже на второй минуте беседы, я вовсе перестал понимать, о чем идет речь. Вроде слова знакомые, славянские, а смысл какой-то уж совсем чудной. Непонятный. Так что на пятой минуте, я решил что лишний на этом празднике мобильного оружия, и потихоньку, не прощаясь, ушел.
Тем более что малолетние байкеры нашли, наконец, формального руководителя своего клуба, и приглашали в свой ангар на знакомство. Сопровождающие мне не требовались, драться я там ни с кем не собирался, потому освободившееся время решил-таки потратить на неожиданный довесок к будущему заводику по производству МПД.
В те цеха, где творил Ромашевич дисциплинированные мотохулиганы не лезли, но с Ролло Свановичем познакомились. Ну и своей бедой поделились. Не забыли упомянуть и мое обещание взять над ними шефство, если они вменяемого взрослого на роль руководителя мотоклуба найдут. Господин Фродд, судя по всему, беспокойным соседством был не особенно обрадован. Не мудрено, что решил им помочь с прицелом на то, что это как-то приблизит момент переезда байкеров в другое помещение.
