Того, что произошло дальше, я тайно, скрывая даже от самого себя, чтобы не спугнуть, ждал с самых первых противников, «девушек» без головы. Маг выставил руки перед собой и стал ими быстро-быстро делать странные движения, будто крутил глобус. За десяток секунд между ладоней образовался раскалённый ослепительно белый шар. Ергрид подождал ещё пару секунд, наверное, для верности, и пустил по прямой поток света. Четырнадцать пугал, выстроившихся колонной прямо напротив гнома, приняли свою участь смиренно, моментально сгорая до состояния небольшого дымного облачка. Но поток света, забрав всех соломенных аниматусов, как в Бесконечном мире называли любое оживлённое антропоморфное создание, ударил в стену дворца. Из-того, что мы вышли рядом со стёртой правой башней, удар пришёлся в гнилую даже с нашего места деревянную дверь, испепелил её и влетел непосредственно во дворец.
— О-О-ОХ! — раздался оглушительный выдох облегчения. — СПАСИБО!
— Да всегда пожалуйста, чего там, — отозвался Кабидар. — Я правильно понимаю, что с нами говорило здание?
— Абс-с-солютно верно, — медленно прошипело сзади. — Вы пошли ему с-с-свой ис-с-стинный облик. Он долж-ш-шен вам ч-ч-четвёртый дар.
Оборачиваться смысла не было, я и так понимал, что к нам снова явился гигантский змей. А вот посмотреть на то, как сама собой чинится крыша и по сути заново возводится башня, было интересно. Мне бы такие технологии да на строительство Королевства…
— А почему дар четвёртый? — спросила правильную вещь Вика. — Мы уже где-то получили три других?
— Так и ес-с-сть, — не меняя темпа речи, подтвердил Змей. — Окарды для Говорящ-ш-сего с-с-с камнем, вода из пруда, ган-ку-ма, что прямо с-с-сейчас-с-с мирно с-с-сидит на голове ярос-с-стного воина. Ч-ч-четвёртый придётс-с-ся выбрать.
— Есть из чего выбирать? — спросил проснувшийся во мне бюрократ-экономист.
— Любой предмет, с-с-спрятанный в с-с-статуях на втором этапе, — прозвучало в ответ. — Прос-с-сто назовите ч-ч-сисло от одного до тридцати вос-с-сьми. Называть будет прекрас-с-сная лес-с-сная.
Вика, поняв, что речь идёт о ней, перестала смотреть на восстанавливающийся Дворец как на проходящего лечение пациента, посмотрела на меня в поисках поддержки, получила одобрительный кивок, выдохнула, вздохнула, что-то посчитала в уме и наконец с дрожью в голосе произнесла:
— Двадцать четыре.
— Ус-с-слыш-ш-шано, — величественно произнёс Змей.
От этого «ус-с-слыш-ш-шано» я аж вздрогнул, очень было походе на сказанное… уже неделю назад. Разве что то «услышано» ревело до разрыва барабанных перепонок, но только лишь для меня одного.
Что-то оглушительно щёлкнуло и передо мной появилась небольшая стеклянная матовая шкатулка.
— Откроете у с-с-себя, — произнёс Змей, едва шкатулка оказалась у меня в руках. — Здес-с-сь такое луч-ч-ш-ш-ше не выпус-с-скать.
— Хорошо, — покладисто ответил я, убирая подарок в инвентарь.
— А это место на самом деле существует? — спросил вдруг Ергрид.
— С-с-сущ-ш-сес-с-ствует, — величественно протянул Змей, — но нах-х-ходитс-с-ся за многоч-ч-сис-с-сленными морями от вас-с-с, на другом континенте. Этот дворец никогда вас-с-с не забудет, можете не с-с-сомневатьс-с-ся. А с-с-сейчас-с-с вам пора.
Не успел никто из нас и слова сказать, даже самого короткого, как гигантские кольца отрезали свет, но через десяток секунд включили его вновь. Мы стояли на том самом месте, откуда были взяты.
— Такие вот самородки, — минуту спустя в полной тишине выдал Кабидар.
Время приближалось к четырём дня, на дворец мы потратили куда больше, чем казалось по ощущениям и объективно прошло по интерфейсным часам. Интересные хроноприколы.
— Я полетела в лагерь, — тут же деловито сказала Вика. — Надо успокоить всех, мало ли.
Никого не слушая, он стремительной кометой упорхала к Кадагу. Благо, здесь было недалеко. Говорящий с камнем на предложенном мной Буране умчался туда же, а вот Ергрид остался со мной и решил пройтись пешком. Ас, радуясь возвращению способности летать, завертел в воздухе бочки, петли и прочие перевороты.
— Лорд, я в замешательстве, — без предисловий признался маг спустя минуту спешной ходьбы. — Мне не понятно, что со мной будет.
— Ты будешь жить и радоваться жизни, — хмыкнул я. — Если захочешь, конечно.
— Я не об этом, лорд, — с досадой произнёс Ергрид. — И ты прекрасно это знаешь.
— А ты представь, что нет, — серьёзно сказал я. — Представь, что перед тобой практически не знакомый с твоей историей человек. Рассказывай так, будто хочешь, что он понял всё «от» и «до».
