— Хорошо, — вздохнув максимально глубже, практически прошептал маг. — Это будет не легко, но я попробую. Понимаете… ну да, не понимаете. Я практически бесполезен. После смерти товарища во время отражения первого нападения демонов из Врат на Город мне казалось, что теперь я стану чем-то гораздо большим, чем магом-недоучкой первой ступени, как весь набор шаббана. Нас было три десятка, шаббан учил нас трём из четырёх школ, без Огня. Он обещал нам могущество, но научил лишь самому началу, погибнув в третьей атаке демонов на стены Города. Погиб как герой, взяв с собой сразу восьмерых ифритов в тёмной стеклянной броне. Защищать нас, Жрецов-недоучек, стало некому, мы все встали в строй защитников Города. К тому моменту мы знали лишь Каменные копья да Водные плети, ну и Молния у некоторых была. К первой Битве из тридцати нас осталось лишь четверо, а в процессе и вовсе стало трое. В тот момент во мне что-то щёлкнуло. Хотелось мстить демонам за всё, они сделали с моим будущим. Моя семья приехала в Город, гонимая от репрессий Жрецов-фанатиков Северного Соглашения Кланов. Бергашаб Диргирскаррот, вставший во главе Барбадаша Соглашения, оказался гораздо фанатичнее как своих сайктов по Барбадашу, так и всех предыдущих глав. Отныне родственные связи с людьми признавались незаконными для будущих Жрецов в любом виде. Мне тоже не повезло, бабушка по маминой линии оказалась человечкой и меня не отлучили от возможности обучения. Решение, продавленное Бергашабом, понравилось не всем, количество учеников и Жрецов третьего потенциала резко сократилось. Диргирскаррот-бузахх контраргументировал странной необходимостью соблюдения чистоты крови среди Жрецов Соглашения, дескать, от связи с людьми всё равно получаются слабые маги. Одно слово, бузахх. Вот только он оказался достаточно умным, чтобы перетянуть на свою сторону большую часть Барбадаша и продавить решение. Начались гонения на гамзатов с таким же слабым магическим потенциалом, как у меня. Наши семьи просто вынудили уйти, не давая взрослым никакой работы. Мы и ушли кто куда. Немало нас осело в Городе, шаббан подарил надежду на будущее, сказав, что знает как обучать розовоглазых с человеческой кровью памяти предков. И тут эти демоны…
Пару минут Ергрид молчал. Я не торопил его. Даже если он больше ничего не скажет, уже произнесённого вполне достаточно.
— Когда эти шарахховы дети убили Карсинда я был в отчаянии, — вполголоса продолжил маг. — Мы с ним знакомы с самого детства… были. Наши семьи вместе бежали из Кабига, вместе обустраивались в Городе, мы вместе учились у шаббана. Чего тут скрывать, он был куда талантливее меня, но погиб именно он. Что было дальше ты сам видел, лорд. Во мне проснулось нечто странное, и до сегодняшнего дня я думал, что смогу со второй попытки стать кем-то большим, нежели держателем общего щита. Но этот поход вокруг странного дворца всё расставил по своим местам. До уровня Рунного магистра мне никогда не дорасти.
— Это смотря в чём, — не давая довести себя до откровенного самобичевания, вклинился я в монолог Ергрида. — Против тёмных тварей ты едва ли не лучший в нашей армии на данный момент. Ты ещё будешь расти и развиваться, да и действие твоего Зова ещё не закончилось, я надеюсь.
— И меня по-прежнему тянет на север, — совсем уже прошептал гном, заставив меня остановиться.
Он ведь так и сказал вчера, его Зов на севере. Так почему мы пошли сюда, в откровенные болота? И как развивались бы события, помни я слова Ергрида? Теперь этого не узнает никто, но повод насторожиться появился. Пока только насторожиться.
— И на севере тоже побываем, — заверил я мага. — Но самое главное, что у тебя есть чёткая специализация, которую можно усиливать дополнительно.
— И усиливать придётся много, иначе я никому не смогу ничего нанести, как в этом дворце.
— В этом дворце практически на всех стоял щит против Света и любой синергированный с ним урон резался от сорока до шестидесяти процентов, — вставил я. — А последнее заклинание, «Копьё Света», это чистый Свет, без примесей. Видел, как от соломенных чудиков не остаётся даже золы?
— Конечно видел, сам ведь и устроил это, — чуть повеселевшим голосом ответил Ергрид.
— То-то же. Так что не смей больше говорить о своей бесполезности. Не люблю тех, кто принижает собственные заслуги. Кроме себя любимого, конечно.
К этому моменту до нас добежал Буран, с неба спустился вдоволь налетавшийся Ас и мы вместе отправились в лагерь. Я, что характерно, на медведе.
По приезду к Кадагу лагеря я не обнаружил. Ещё бы, время к ночи, по договорённости большая часть армии ещё до полудня должна была уехать в Баг-Даад. Остались лишь Ордрин, Хатгар, Нартыгх, все феи, волки и барс, бехолдеры и Себеш. Теперь вот на ночную вылазку в вампирское гнездо пойдёт и незапланированный Кабидар, а Ас полетит за Непритией. Всё-таки поддержка дриады лишней не будет, а Аастии за павшие границы по-прежнему нельзя. Роль Ергрида, естественно, сомнению так же не подвергалась.
