– Я спрашиваю, что ты собираешься делать. У тебя теперь есть деньги и новое тело. Кредитная карта, которой хватит, вероятно, еще на несколько часов. Так какой у тебя план?
Она откинулась на простыни. Он посмотрел на темные соски на вершине ее мягких, зрелых грудей и понял, что не может не вспомнить, как выглядели груди той, старой Шелли – меньше, крепче, с россыпью веснушек.
– Я не знаю, – сказала она. – Мне слишком хорошо, чтобы думать об этом сейчас. Все, что я знаю, – хочу снова быть в безопасности.
– Лизу Тригер скоро начнут искать, и мне кажется, ты не хочешь, чтобы тебя нашли.
– Нет, – она снова поднялась, уперла подбородок в колени. – Я могу вернуть тебе двадцать штук. У меня с собой достаточно денег.
– Не стоит. Все равно это были не мои деньги.
– Ты их украл, что ли?
– Да, – ответил он, глядя на нее. – Именно это я и сделал.
– Кто-нибудь пострадал?
– Много кто.
Она нахмурилась.
– Я больше не чувствую себя в безопасности рядом с тобой.
Он покачал головой.
– Я никогда не был, говоря твоими словами, «безопасным», Шелли.
Она вздохнула. Посмотрела на него с сомнением.
– Я знаю, как мне обезопасить себя.
– Как?
– Я приму предложение джамперов. И буду прыгать снова и снова, пока не стану сказочно богатой. И тогда я прыгну в тело, более подходящее мне по возрасту – ты знаешь, этой Тригер тридцать восемь лет, – и буду жить счастливо на Багамах или куда там отправляются джамперы на пенсии.
– Я думаю, тебе стоит уйти сейчас, пока ты в выигрыше. Лучше не связывайся с ними больше.
– Я потеряла двадцать лет. Это тело будет искать полиция. И ты считаешь это выигрышем?
– Ты сейчас имеешь больше, чем имела неделю назад. Я бы остановился на этом.
– Двадцать лет, – он увидел слезы в ее глазах. – Я потеряла чертовы двадцать лет. Я не хочу быть тридцативосьмилетней.
– Шелли, – он потянулся к ней, взял ее руку. – С этими людьми скоро начнут случаться плохие вещи.
– Плохие вещи. То есть ты.
– Я и порядка двухсот миллионов других людей. Они не смогут делать это вечно. Не с людьми такого масштаба. Как Тахион, Нельсон Диксон, Констанс Леффлер.
– Конни Леффлер? – Шелли фыркнула, потом покачала головой. – В ней нет джампера.
– Тогда какое отношение она имеет ко всему этому?
– В нее действительно прыгали, да. Поместили ее в тело джокера, по-настоящему отвратительного джокера, всего на несколько часов. Это все, что было нужно. – Она поежилась. – Она была красивой женщиной, верно? Красивой молодой женщиной с деньгами, как я когда-то. И она приняла сделку, которую они предложили. Она платит пятьдесят кусков каждый месяц и позволяет им использовать некоторые здания и машины. Теперь она живет в Лос-Анджелесе, чтобы держаться от них подальше, но она не сможет защитить себя, если они решат, что она нужна им. Единственный способ защититься от этих людей – делать, что они велят.
– Это не «безопасность», – сказал Шэд.
– Эта та безопасность, которая у меня будет.
– Послушай, – сказал Шэд. – Я могу сделать так, чтоб ты исчезла. Достать тебе новые документы, найти место для жилья, все, что угодно.
– А я помещу свои деньги в трастовый фонд, верно? И когда кто-нибудь из сотрудников фонда станет жертвой джампера, и…
– Ты можешь уехать из Нью-Йорка.
– Новые джамперы появляются постоянно, верно? Это мутация дикой карты – вроде той, что распространялась несколько лет назад, только та была медленнее. Пройдет еще несколько лет, и не останется безопасного места. Единственный способ быть в безопасности – держаться на их стороне.
Печальный звоночек прозвенел в сердце Шэда.
– Однажды я уже предупреждал тебя, – ответил он. – Я сказал тебе, что начнут происходить плохие вещи. И ты меня не послушала.
– А как насчет моих пропавших лет? Как я получу их назад? – Она вопила.
– Думай о тех годах, которые у тебя остались. Они должны стать для тебя важнее.
– Дерьмо! Дерьмо! – Она отвернулась и ударила кулаком в подушку.
Он потянулся к ней, попытался погладить ее плечи и спину.
– Ты в выигрыше. У тебя много преимуществ.
– Я была молодой!
Она обхватила подушку руками. Слезы текли из ее глаз, нервы Шэда не выдержали.
– Ты была джокером, – сказал он. – Теперь нет.
– Я хочу быть в безопасности.
– Не осталось безопасных мест. А Рокс – самое опасное место из всех.
Образ прохладных зеленых полей промелькнул перед его глазами.
Шэд обнимал ее, пока она не перестала дрожать. Потом она вскочила и пошла в ванную за носовыми платками. Несколькими минутами позже она вернулась с красным лицом и глазами и принялась собирать свою одежду.
– Мне надо подумать, как убраться отсюда, – сказала она.
– Я могу спрятать тебя.
Она нахмурилась, раздумывая, покачала головой. Принялась надевать трусы.
– Я хочу быть свободной, – сказала она. – Свободной, чтобы принять решения без какого-либо давления.
– Не причиняй вреда людям, Шелли.
Ее щека дернулась. Она бросила на него обиженный взгляд.
– Худшее, что может с ними случиться, – это тело Лизы Тригер. А ты, кажется, считаешь его хорошим местом для жизни.
– Ты передергиваешь.
Шэд смотрел, как она одевается, и почувствовал, что надежда покидает его. Он потянулся за собственной одеждой.
