Вымирающие виды полностью

Когда будет готово.

Палки передавали по кругу, члены племени брали, что хотели. Суставы трещали, костный мозг высасывался, а лишние клочки бросали в наполненную водой тыкву, где уже варились тушки птиц, белок и сусликов, убитых молодежью, учившейся метать.

Покончив с едой, все разбились на небольшие группы, чтобы чинить орудия и латать одежду. Одна из женщин показывала, как в другом племени, с которым она встречалась для спаривания, смешивают пчелиный воск и смолу, чтобы получить клей, что легче размягчается на огне.

Ю'унг и Криина вместе растягивали оленью шкуру, расстелив ее мехом вниз. Когда ее вычистят, шкуру раскроят и сошьют из нее накидки и плащи, из кусков поменьше сделают обувь, а из сухожилий сплетут веревки.

Внутри у Ю'унг все болело, в груди стояла глухая боль. Боль эта началась с откровения Криины о партнерстве с Фирсом и стала еще сильнее оттого, что она сказала — а Старейший согласился, — что для спасения от гнева Горы Народ должен уйти. Эта земля была домом для Ю'унг с самых ранних ее воспоминаний. Она знала ее многочисленные цвета и очертания, ее звуки от рассвета до заката, тропы, по которым Койот и Стая Канис пробирались сквозь заросли, и места, где они устраивали свои логова. Она противилась партнерству, потому что это означало покинуть не только Народ, но и это место. Криина однажды ушла и вернулась. В такое трудное время, когда принимались столь судьбоносные решения, как Криина могла думать об уходе?

Ю'унг пробормотала, не разжимая зубов, вцепившихся в шкуру:

— Когда уходит Фирс?

— Скоро, — ответила Криина, но ее внимание уже отвлекло тяжелое дыхание Старейшего.

Ю'унг глухо зарычала.

— Неважно, пойдем ли мы с его Высокими или нет, он говорит, что море без берегов далеко от гнева Горы. Это может стать безопасной стоянкой, пока не минет опасность.

Послышался топот ног.

— Криина! Моего ребенка укусила змея! — Это был новорожденный.

Криина толкнула Ю'унг.

— Иди с Джат. Я беспокоюсь о Старейшем.

Ю'унг втянула воздух сквозь зубы. Не поэтому. Она готовит меня стать целительницей племени.

С ее плеч словно гора свалилась. Хотя она и ценила усилия Старейшего научить ее управлять племенем — навыкам, к которым, как он настаивал, у нее был талант, — это не имело смысла. Она никогда не поведет за собой племя. А потом пришла месть Горы, решившей избавить землю от Народа, и погибло столько мужчин, которые могли бы взять на себя вожачество. Несмотря на обучение, Ю'унг не чувствовала себя готовой, не тогда, когда Б'о и Старейший, испытанные событиями, были готовы взять на себя эту роль. Уж они-то были более достойны.

Если я целительница племени, я не могу быть еще и Альфой.

Ю'унг поспешила за Джат, а затем замедлила шаг. Она еще не видела укуса Змеи, но уже видела мертвую змею.

Не успев сдержаться, она рявкнула:

— Видишь цвета Змеи, Джат? Это неядовитая змея. Зачем тратить время Криины или мое?

Джат сглотнула, ее тело дрожало.

— Я не знала.

Ю'унг склонилась над белолицым младенцем.

— Дитя.

Имена детям давали после того, как они доказывали, что могут о себе позаботиться. Ребенок Джат не мог. Пока что. Он пискнул при приближении Ю'унг, испуганный, но не заплакал, понимая, что жалобный писк привлекает хищников.

— Зачем ты позволила Змее добраться до тебя? Никогда так не делай! Ты важна для нас. Придет день, и мы будем на тебя рассчитывать.

Она легонько шлепнула младенца по голове, бросила Джат пучок растений — для припарки — и поспешила обратно к Криине. Ю'унг больше беспокоилась о Старейшем, чем о глупом ребенке и ленивой матери.

Криина гневно посмотрела на нее, открыла рот, чтобы заговорить, но ее прервал Старейший.

— Подойди. Отчитаешь Ю'унг за неподобающее обращение с нашим напуганным соплеменником позже. Мы готовы принять это решение, — и он направился на свое место у очага. Криина последовала за ним, но Ю'унг остановила ее.

— Мать, что происходит?

Гнев, который мгновение назад наполнял глаза Криины, угас.

— Не беспокойся. У нас со Старейшим есть план.

Прежде чем Ю'унг успела спросить, что это за план и как он ее касается, Криина влилась в круг, заняв место между Старейшим и Ю'унг; Б'о и Эсе сидели дальше. Все племя выглядело напряженным, кроме Старейшего и Криины. Взгляд на Б'о подтвердил, что он был так же озадачен, как и она.

Значит, Альфа не Б'о. А значит, это должен быть Старейший.

Ю'унг ликовала про себя, хотя серое лицо и ссутулившаяся фигура Старейшего говорили о том, как ему нехорошо.

Боль у него сильнее обычного. Почему он не ест лист?

Но она знала ответ: он ненавидел усталость и тупость в мыслях, которые приходили с ним, особенно на общем собрании, где решалась судьба племени.

Взвесив все, Ю'унг тоже предпочла бы неудобство.

Она повернулась, чтобы поделиться с Крииной радостью по поводу грядущего вожачества Старейшего, но ее мать поникла.