Котов медленно поднимался по лестнице, выставив перед собой автомат. Лестничная площадка через окна освещалась лучше, чем мрачные коридоры, до которых почти не доходил дневной свет.
Поднявшись на второй этаж, троица остановилась. Двери, ведущие на этаж, были глухими, и за ними, конечно же, ничего не было видно. Котов прислушивался, приложив ухо к холодной пластиковой поверхности.
— Ну что там? — нервно спросил Шмытов.
— Вроде, тихо. Заходим.
Василий потянул дверь на себя и пропустил вперед Котова, Елену Степановну, затем зашел сам.
— Нам туда, — громко сказала невролог.
— Тсссс, — Максим приложил к губам палец и укоризненно поглядел на Елену, та ойкнула, вжала голову в плечи и уже шёпотом повторила:
— Нам туда.
— Да понял я.
Троица медленно продвигалась по этажу. Котов толкал каждую дверь, проверял, хорошо ли она заперта. Не хотелось бы встретить непрошенных гостей.
Показался процедурный кабинет. Максим медленно толкнул дверь и засунул голову внутрь. Бегло оглядев помещение, он облегченно вздохнул. В его памяти еще живо представали мертвые зараженные, и он не горел желанием встречаться с ними вблизи.
— Я на стреме, а вы давайте побыстрей управляйтесь, но не шумите, — скомандовал Максим, пропуская внутрь Василия и Елену Степановну.
Пока Котов стоял на стреме, в процедурном кипела работа. Елена Степановна нашла в шкафчике пакет-маечку из магазина «Магнит» и стала складывать в него нужные лекарства. В пакет сгружались антибиотики, противовоспалительные, физраствор, шприцы, бинты, практически все, что стояло на полках.
Шмытов оглядывался по сторонам в поисках острых предметов, но кроме ножниц ничего не нашел и тогда, расстроившись, спросил:
— А где скальпели?
— Ну что вы, голубчик, какие тут скальпели. Все инструменты хранятся в операционных, а здесь процедурный, — сказала Елена Степановна и потрясла бинтом у носа Василия.
— Нам нужно в операционную, — сказал Шмытов почти в ухо Котову, отчего Максим немного вздрогнул, так как не ожидал его увидеть перед собой.
— Вы всё? — не удостоив Василия ответом, спросил Авдеев.
— Здесь всё, — сказала Елена Степановна.
— На кой тебе в операционную? — спросил Котов, глядя с подозрением на Василия, все еще памятуя о его тяжелых убийствах, за которые он был осужден.
— Так не мне, а врачу нашему надо, — сказал Василий и посмотрел на Елену Степановну.
Та недоуменно посмотрела на Максима, а Василий не дав открыть ей рот добавил:
— Иголки и нитки нужны, чтобы рану Дмитрича зашить.
Котов посмотрел снова на Елену Степановну и та, кивнув, ответила:
— Точно, иголки с нитками. Операционная там.
Котов нехотя повел команду вперед. Он уже обрадовался, что они могут покинуть это место и вернуться к своим, но поиски продолжились. Он не заметил, как позади идущий Василий улыбался себе под нос. Скоро, совсем скоро он доберется до нужного ему предмета.
В операционной был небольшой бардак, но в целом было чисто. Видимо, все, кто был в здании, выбежали наружу. Живые убегали от ходячих трупов, а ходячие трупы преследовали живых. Это было на руку группе выживших, которые отсиживались теперь в здании как во временном убежище.
Котов снова стоял на стреме, пока Елена Степановна искала иголки с нитками, шаря по тумбочкам. Хирургические инструменты: скальпели, иглодержатели, пинцеты, щипцы, разного вида пилы — лежали в специальном шкафу в металлических коробах, разложенных на полках. Туда залезть Василий, конечно же, не мог, не привлекая внимания, но он заметил, что на полу были разбросаны некоторые инструменты, приготовленные к операции, но которыми так и не воспользовались, а перевернули их, в спешке покидая кабинет. Нужный Василию инструмент сверкнул возле батареи.
Котов, который все время наблюдал за Василием, наконец отвернулся, отвлеченный каким-то шорохом в коридоре. Василий воспользовался моментом, присел на одно колено, подобрал с пола марлевую тряпочку, положил в нее скальпель и засунул в носок, прикрыв его штаниной. На полу он заметил еще один инструмент, который привлек его внимание, это была проволочная пила. Он было потянулся за ней, но ему пришлось резко подняться, иначе он мог выдать себя, и Котов заметил бы неладное.
— Вы всё? — прошипел Максим. — Не хочу задерживаться здесь дольше, чем оно того стоит.
— Еще секундочку, никак не могу найти... Да где же они? — шипела Елена Степановна, открывая каждую металлическую банку, хотя они были подписаны, и если бы не волнения сегодняшнего дня, которые затуманили разум врача, она бы с легкостью нашла нужные предметы.
— А ты чего стоишь и не помогаешь? — прошипел Максим, глядя на Василия.
Шмытов сделал вид, что помогает неврологу, но сам уже думал про себя, что всё, что ему надо, он уже нашел. Невролог наконец-то нашла необходимые предметы и от радости взвизгнула.
— Теперь всё! Можем идти.
— Ну пошли.
Без труда троица добралась до своих. Дмитрич, лежавший на столе, бился в припадке.
— Ну что, нашли? — с нетерпением спросила Зинаида Петровна, глядя на вернувшийся отряд.
— Да, нашли! Всё тут, — ответил Шмытов и потряс пакетом.
