Нищеброд немного помолчал и, не дождавшись ответа собеседника, продолжил:
— Но Гермионе пришлось даже хуже. Она осмелилась противоречить общественному мнению в гораздо более серьезном вопросе, чем преподавание школьного предмета! Мисс Грейнджер покусилась на святая святых нашего общества, его многовековую традицию, предмет особой гордости британских волшебников!.. С четвертого курса Гермиона собирала сведения о рабстве в мире маглов – изучала и сравнивала законы, которыми в разных странах оно отменялось, читала о положительных и отрицательных последствиях этого шага в каждом из государств, рискнувшем сломать заведенный порядок жизни…
Англия – последняя страна Европы, где сохранялось рабство домовиков, его не посмел отменить даже Джозеф Аллертон, уравнявший в правах грязнокровок и чистокровных волшебников. К концу ХХ века большинство чародеев поняли, что такое положение вещей дальше продолжаться не может, но боялись взять на себя ответственность. И благородный порыв мисс Грейнджер, прославленной Победительницы и чужачки в нашем мире, оказался весьма кстати…
Девятнадцатилетней девушке доверили высокий пост и поручили провести сложнейшую реформу от начала до конца. Гермиона справилась блестяще, но, как только ее миссия была закончена, девушку никто и не подумал похвалить, зато именно ее обвинили во всех неблагоприятных последствиях реформы…
— А кого, по–вашему, нужно винить вот в этом, например?! – резко спросил Драко, указывая на валяющихся под деревьями трех эльфов. Двое из них, не окружившие себя даже маглоотталкивающими чарами, спали, распространяя вокруг сильный запах огневиски, а третий – совсем маленький ребенок – тихо всхлипывал.
Пьяных эльфов – спящих, пристающих к прохожим или просящих милостыню — сейчас можно было видеть почти везде, где жили волшебники, только в Косом переулке домовики пока побаивались появляться.
— В этом виновато многовековое рабство, мистер Малфой, — тихо ответил Уизли. – Свобода – прекраснейший дар, которым владеют живые существа, но им нужно уметь распоряжаться. Домовики, увы, отвыкли отвечать за себя… — он обратился к домовенку: — Как тебя зовут, малыш?
— Тттуки, сэр, — ответил тот, всхлипывая.
— Вот тебе три сикля, Туки, сходи и купи немного еды для себя и для родителей. В доме №14 в Косом переулке находится Агентство по делам свободных эльфов, оно среди прочего помогает в трудоустройстве. Возможно, твои родители, когда проснутся, решат наняться на работу. Если же они не захотят – приходи в мой дом, он называется «Нора». Начнешь помогать моей жене по хозяйству, мы будем тебя кормить и платить один галеон в месяц…
— Спасибо, мистер Артур Уизли, сэр, — всхлипнул малыш, — но я лучше с родителями останусь. Пропадут они без меня! Вы не думайте, папка с мамкой не всегда такими были! Хозяйка-то им пить строго–настрого запрещала, только по праздникам давала по маленькому стаканчику сливочного пива… — он всхлипнул еще громче, а потом произнес с бешеной ненавистью: — Будь она проклята, свобода эта! И будь проклят тот, кто нас освободил!
Туки трансгрессировал, оставив родителей лежать на траве. Драко, до глубины души потрясенный трагедией этой семьи, наложил на спящих эльфов маглотталкивающие чары.
— Грейнджер навеки проклята за то, что разрушила столько жизней, сломала столько судеб! — сказал он с неистовой убежденностью.
— Мисс Грейнджер будут прославлять и многие века спустя после ее смерти, — мягко возразил начальничек. – Я знаю, мистер Малфой, вам сейчас трудно со мной согласиться, но, поверьте, пройдет несколько десятилетий, и вы поймете, что отмена рабства была самым лучшим, что случилось в Англии в ХХ веке.
Юноша не сомневался, что через несколько десятилетий старые порядки в родной стране будут полностью восстановлены, но спорить, разумеется, не стал.
— Надеюсь, люди поймут это лет через десять–двадцать, а не через сто, — тем временем продолжал нищеброд, — и сумеют вознаградить Гермиону так, как она того заслуживает. Возможно, когда-нибудь ей даже поставят памятник. Впрочем, мисс Грейнджер старалась не ради славы, а во имя совсем иных целей… А вот моему сыну Рональду памятник явно не поставят, — неожиданно резюмировал он.
Драко стоило немалых усилий сдержать улыбку: в последние месяцы чтение спортивных новостей стало его любимым развлечением.
— Мне не кажется, что все так плохо, сэр, — лицемерно заметил он. – Возможно, ваш сын еще сумеет найти свою игру…
