Драко вспомнил, что эти апельсины – часть доставленного из больницы завтрака – нынешним утром у него на кухне сами выжали из себя сок, после чего кожура полетела прямо в мешок для мусора. А вот огрызки яблок и надкусанный кусок колбасы Добби позаимствовал где-то в другом месте…
— Почему лишнюю еду получит именно Улли? Он особенный, что ли? – недовольно спросил тощий домовенок.
Драко не сразу понял, почему этот малыш кажется ему знакомым, но потом сообразил, что видел его, когда после работы в доме маленького Этельреда, наносившего себе ожоги, чтобы привыкнуть к боли, они с Уизли гуляли в парке и говорили и послевоенной жизни Победителей и особенностях воспоминаний о тюрьме. Тогда маленький эльф отчаянно и безнадежно плакал рядом с лежащими неподвижно пьяными родителями и проклинал своих освободителей.
— Потому, — голос внука Торки звучал очень мягко, — что Улли работает! Он служит курьером в магазине мадам Писарро и доставляет перья заказчикам! Улли приходится трансгрессировать десятки раз за день, поэтому он нуждается в усиленном питании!
— Тогда я тоже хочу наняться на работу! – резко сказал Туки.
— Боюсь, это не так легко сделать, — возразил Добби. – Ты же знаешь, люди неохотно принимают нас на службу. Особенно тяжело стало с тех пор, как Министерство запретило платить взрослым эльфам меньше одного галеона в неделю! Немногие работодатели готовы нанимать нас за такие большие деньги!.. Впрочем, детям приходится легче: на них запрет Министерства не распространяется. Так что ты можешь попробовать пройти по магазинам и ресторанчикам и предложить свои услуги. Может быть, тебе повезет…
— И сколько тебе платит мадам Писарро, Улли? – с любопытством спросил Туки.
— Я работаю ббесплатно, — жадно поглощая колбасу, отозвался крохотный, невероятно тощий домовенок, который стучал зубами и кутался в одеяло, хотя сидел очень близко к огню. – Мадам Писарро дала мне ттри месяца испытательного срока. Если я себя хорошо зарекомендую, она станет мне пплатить оддин галеон в месяц…
— И охота тебе так надрываться бесплатно? – поразился Туки.
— Я не ббездельник, а свободный эльф, — гордо сказал Улли.
— Работа Улли очень важна для всех нас, — мягко заговорила молодая домовуха в очках.
Повнимательнее рассмотрев ее, Драко поразился: мантия эльфийки выглядела старой и поношенной, но была ей точно впору и своим покроем напоминала ту, которую носят волшебники, а очки в щегольской золотистой оправе явно были сделаны специально для крохотного личика. Тем временем странно одетая домовуха продолжала рассказ:
— Сейчас в волшебном мире корреспонденцию доставляют совы и другие птицы, а летают они довольно медленно. Если этим займемся мы – адресаты станут получать письма и посылки почти мгновенно! Конечно, едим мы больше, чем птицы, но намного меньше, чем люди. Небольшое увеличение эксплуатационных затрат полностью компенсируется многократно увеличившейся скоростью доставки почты. Как только волшебники это поймут, мы будем завалены работой – оплачиваемой работой! Поэтому чем больше эльфов станут, как Улли, работать курьерами, тем быстрее чародеи Англии поймут, что использовать нас для доставки почты намного эффективнее, чем птиц! Улли – это наше будущее!
Домовуха ласково погладила малыша по голове. Тот застенчиво улыбнулся.
Пока эльфийка в очках говорила о счастливом будущем своего народа, невысокий, коренастый домовик, стоящий рядом с Добби, внимательно перебирал лежащие на полиэтилене объедки и складывал самые лучшие в большой мешок.
Когда эльфийка завершила рассказ, коренастый домовик хрипло сказал:
— Я все выбрал, Добби. Можно есть!
Затем, взвалив свой мешок на плечо, он ушел в темноту, откуда доносились какие-то странные звуки.
Внук Торки и эльфийка в очках начали разделять остатки еды на небольшие кучки.
— И куда он понес свой мешок? – спросил Туки с благоговейным ужасом.
— Мики откармливает свинью! – гордо ответила домовуха. – Свинья – это легкое в уходе и полезное животное! Если ее сытно кормить, она достигает очень большого веса и приносит много поросят. Наша свинья нагуляет вес к декабрю, и тогда мы зарежем ее, — голос эльфийки слегка дрогнул, — засолим мясо, будем его есть и радоваться! А свиную кожу и щетину мы продадим и на вырученные деньги купим еду, одежду и все необходимое для наших экспериментов! И заживем мы, как в сказке!
— И всегда–всегда будем ложиться спать сытыми? – с надеждой спросила совсем уж крохотная девочка, которая сидела рядом с невообразимо древней старухой, закутанной в пыльную бархатную штору.
— Всегда–всегда, вот увидишь, — мягко ответила домовуха в очках.
— Ой, не верю я в это, — вздохнула старушка, прежде молчавшая. – Зимой или мы насмерть замерзнем, или наша свинья, или сюда сбегутся все голодающие домовики, сожрут ее и нам ни кусочка не оставят!
— Хаги, пожалуйста, не называй нас домовиками! – резко сказал Добби.
— Да как нас ни называй, — проскрипела старуха, — все равно мы зиму не переживем!
— Я запре…
