Гоблины, подумав, вскоре выдали Агентству по делам свободных эльфов беспроцентную ссуду на пять лет на открытие обувных мастерских. Производство высоких тяжелых ботинок по магловским образцам также было налажено домовиками очень быстро и столь же успешно.
Рост количества заказов на одежду и обувь вызвал увеличение числа рабочих мест, и безработица среди бывших рабов резко снизилась. Почти все взрослые эльфы, которые по тем или иным причинам не могли или не желали сражаться в подземельях, но были готовы трудиться, получили такую возможность. Даже многие домовята, вынужденные сами заботиться о себе, каждый день после уроков в школе, открытой в здании Агентства по делам свободных эльфов, шли работать в швейные и обувные мастерские. Теперь столько детей занимались взрослым трудом, что в новом номере журнала «Свободный эльф» появилась статья, осуждающая эксплуатацию несовершеннолетних…
Но всего этого охотники на инфери, переставшие выходить из Туннелей на поверхность, разумеется, не знали, поскольку сталкивались с абсолютно иными проблемами.
Например, буквально через пару дней после того, как он решил оставить свой отряд в подземельях, Драко обнаружил, что, хотя по–прежнему может призывать к себе огнечервей, но это требует очень больших усилий. Видимо, монстры обладали зачатками интеллекта или как-то умели обмениваться информацией и не желали приближаться к тому, кто так легко их уничтожал. Впрочем, юноша об этом не очень жалел: в нормальной боевой обстановке ему не было нужды призывать к себе мерзких существ. В бою у Драко не очень хорошо получалось даже выжигать огнечервей изнутри: данное занятие требовало полной сосредоточенности, а во время столкновений с монстрами командир обязан приглядывать за всеми своими людьми.
Во вторую ночь, проведенную в подземельях, во время дежурства юноша, отойдя от спящих товарищей на безопасное расстояние, попробовал призвать к себе инфери. Хотя попытка удалась, она и последующее сожжение утратившего агрессивность ходячего покойника потребовали настолько огромной затраты сил, что Драко решил больше так не делать. Некоторое время юноша не мог понять, как призывает к себе умертвий и вообще чувствует их приближение, если они больше всего боятся огня, с которым он теперь, как говорится, был на дружеской ноге — или, точнее, руке. Но потом Драко сообразил, что чувствует именно страх инфери перед огнем – жуткий, всепоглощающий страх, единственное чувство, кроме голода и холода, которое испытывали несчастные ходячие покойники…
Зная, что способен слышать приближение огнечервей и умертвий, даже если те пытаются подойти незаметно, юноша смело вел свой отряд все дальше и дальше, в самое сердце Туннелей.
Со временем Драко обнаружил в себе еще одно странное умение — он начал различать на стенах и потолках пещер нечто похожее на Линии Силы. То есть к собственно Линиям Силы пульсирующие тонкие нити, невидимо покрывавшие пространство пещер, не имели ни малейшего отношения, — Драко, сам не зная почему, не сомневался в этом ни секунды, — но вот пользоваться данными скоплениями энергии неясной природы можно было именно как Линиями Силы. Юноша делал это с огромным удовольствием при малейшей возможности, хотя после каждого заимствования энергии лицо, спина и кисти рук довольно сильно болели и слегка чесались. Но неприятные ощущения были вполне терпимыми, а сил после каждого контакта заметно прибавлялось. Проведя очень осторожные расспросы, юноша убедился, что эти сгустки энергии не видит никто из бойцов его отряда, и молча порадовался своему полезному умению.
Драко и его напарники редко возвращались к перрону так близко, чтобы пополнить свои запасы у интендантских команд, но встреченные отряды охотно меняли то, что у них было в излишке, на недостающее. А отряд Малфоя всегда обладал одним из самых дефицитных в Туннелях товаров – картами отдаленных частей подземелий.
За дни, проведенные в Туннелях, у отрядов выработался свой жаргон, помогающий упростить процедуру обмена. Аббревиатура ДЗ означала дневной запас еды или воды, ПН – полный набор лекарств, а баш на баш – обмен один к одному. Обмены два или три к одному случались редко; дорого ценились удобные шлемы и очки, а также карты неизученных частей подземелий. Впрочем, такие обмены никого не обездоливали: охотникам на инфери и в голову не приходило наживаться на товарищах по оружию. А отрядам, которые сопровождали раненых к целителям, многие нередко отдавали лекарства, еду и воду просто так.
— Добрый день! – громко сказал высокий, крепко сбитый парень в массивном шлеме и больших очках. На лице незнакомца сияли три наклейки зеленого цвета, означавшие, что он доброволец. — У нас есть четыре ДЗ воды, два ПН лекарств, одна карта северо–северо–западной части Туннелей – это в трех часах ходьбы отсюда. Нужны три ДЗ еды и карта здешних мест. Раненых нет.
