– Каким образом в твоей голове пересекаются вопросы, связанные со смертью мамы и неопрятность Берты?! Это она там живет! Ей и содержать дом в чистоте! Вот посмотришь, твоя сестра пропьет твои деньги и не станет убирать дом!
– Перестань! В Берте тоже есть положительное! – сжала кулаки Лера.
– Что-то я этого не заметил! Ну, да ладно, если хочешь учиться на собственных ошибках, я не могу оградить тебя от такого интересного познавательного процесса… – развел руками муж. – Я завтра весь день проведу в «Преображении». Если захочется поплакаться мне в жилетку, приезжай до начала праздника. Обещаю напоить горячим чаем и накапать успокоительных капель.
– Я иду спать! Не имею ни малейшего желания выслушивать твои издевательства!
– Сладких снов, моя Золушка. Смотри, не обломай завтра ноготки, – ехидно хихикнул Андрей. – Кстати, я утром загляну в магазин для взрослых и приобрету тебе костюм горничной! Вдруг ты решишь убраться и в нашей гостинице после банкета?!
Лера побагровела, метнула в него рассерженный взгляд и быстро взбежала по лестнице. Андрей, хохоча, уставился в огромный экран домашнего кинотеатра.
– Чтобы в четыре часа дня была в «Преображении»! – крикнул он ей вслед. – И постарайся выглядеть не как горничная! Советую оставшиеся средства на кредитной карте потратить по назначению, а не на благотворительность!.. И еще – Сару завтра просила привезти Карина! Они будут что-то там лепить к новому году…
Лера не ответила. Она была слишком обижена для того, чтобы снова вступать в разговор.
Забросив с утра пораньше на заднее сидение пакет с вечерним платьем и черными туфлями на высокой шпильке, Лера усадила Сару в машину. Когда они с дочкой уходили, Андрей еще спал, и она не стала его будить. В ее душе поселилась обида за его едкие насмешки, и это прогорклое чувство никак не хотело отступать.
Сарочка что-то весело болтала в своем детском креслице, а Лера следила за подмерзшей дорогой и думала, что ей до смерти надоели гостиницы. Меньше всего на свете ей хотелось в такой холод ехать на банкет к Андрею и мило улыбаться его партнерам до самой ночи. И в Париж ей тоже уже совсем не хотелось. Она мечтала о покое. О рождественских каникулах в собственном доме, с кучей наготовленных салатов, от которых к концу второго января будет жутко тошнить. Неужели нельзя просто объедаться салатами, играть с Сарой в кукол, валяться в мягкой постели и смотреть телевизор?
Видимо, нет. После того, как они с Бертой наведут порядок в доме у мамы, Лере придется натянуть на себя это короткое черное платье с поблескивающей вышивкой в области глубокого декольте и глупо улыбаться партнерам мужа! И домой они попадут в лучшем случае под утро. Если Андрей не решит остаться в президентском номере, чтобы воплотить свои фантазии, связанные со вторым ребенком.
Лера была не готова ко второму ребенку. Сара отнимала у нее все силы. Как вообще возможно распределить свое внимание между двумя крошками, если его не хватает даже на одну? Андрей же крыл тем, что ему уже тридцать пять, и не стоит тянуть с появлением второго малыша.
«Они очень быстро подрастут! Ты даже оглянуться не успеешь, как Саре исполнится три! Ну же, милая! У нас есть все, кроме второго ребенка!» – чуть ли не каждую ночь убеждал ее он. А Лере хотелось стукнуть его чем-нибудь потяжелее, чтобы муж раскрыл глаза и увидел, наконец, как сложно управляться даже с одним маленьким ребенком.
И еще эти его насмешки насчет костюма для горничной. Андрей так и не понял, из-за чего она переживает. Берта – ее единственная сестра. Больше никого не осталось. И Берта тяжело больна, хоть и не признает этого. Женский алкоголизм неизлечим. У женщин этот жестокий недуг прогрессирует в два раза быстрее, чем у мужчин. И если здоровому мужчине, чтобы упасть на дно, требуется около десяти лет, то Берте достаточно пяти. Или даже меньше.
Лера вела машину, и ее переполняли тягостные размышления. Наконец впереди показался роскошный дом свекра. Припорошенный легким снежком, он напомнил ей резиденцию Санта- Клауса.
Карина Аркадьевна искренне обрадовалась приезду невестки.
– Мы вас заждались! Катя скачет по дому с восьми утра! – ловко подхватывая Сароку на руки, говорила она. – Проходи, Лера. Я угощу тебя чашкой горячего чая.
– Не могу. Я обещала Берте привести дом мамы в порядок, – взмолилась невестка. – Да и банкет в «Преображении» начнется в четыре часа. Андрей будет ждать меня там.
– Если хочешь, можешь оставить Сарочку у нас до завтра. Мы соскучились по ней! Особенно Лёвушка! Он так привык к ее воркованию по утрам, что теперь жутко тоскует!
– Я позвоню ближе к вечеру, – Лера поцеловала дочку, улыбнулась Карине и поспешила на выход. Она переживала, что за четыре отведенных часа не успеет закончить уборку вместе с Бертой.
Сестра еще спала. Как и предполагал Андрей, накануне она купила домой не только продукты, но еще и бутылку коньяка.
– Берта! – толкая плечом дверь, оказавшуюся незапертой, крикнула из прихожей Лера. – Берта, помоги мне, я ковер никак не могу поднять!
Сестра со стоном выглянула из спальни.
