– Так, похоже, мне надо многое узнать, что здесь произошло, – вздохнула женщина. Она скинула плащ, нервными движениями свернула его вчетверо и бросила на ближайший диванчик. Затем села туда же, положив обтянутую золотистым нейлоном ногу на ногу. Дождалась, когда Москвин закончит разговор с адвокатом, после чего произнесла:
– Теперь подкатывайте стул и рассказывайте всё. Начиная с появления Тилляева в театре и заканчивая этой странной историей с девушкой в коттедже.
* * *
Зрители тепло проводили актёров аплодисментами. То есть почти как всегда. Впрочем, в публике было четыре человека – две пары, которые побывали на третьем премьерном показе. Обмениваясь впечатлениями, они сошлись во мнении, что в четвёртом спектакле игра актёров была хуже, нежели в предыдущем. Папаша (Дедов) выглядел поистине «деревянным» и заторможенным, его любовница (Афонина) вообще перепутала реплики и несла отсебятину. Мамаша же и Тоня (Севостьянова и Тилля) лихо переигрывали и создавали намек на инцест, которого, в первоисточнике даже близко не было.
Наблюдай за спектаклем Пронина, артистам было не избежать строгого разноса за явно худшую работу по сравнению с предыдущими выступлениями во «Второй нити Ариадны». За кулисами уходящих со сцены актёров встречал Москвин. Он подозвал Дениса, который планировал идти переодеваться в гримёрку Светланы.
– По-быстрому смывай грим, хватай свою одежду и бегом сюда, – произнёс Москвин, пряча глаза.
– А что случилось? – насторожился Тилляев.
– Неприятности, – сказал Семёныч. – Не тяни время, пожалуйста.
Севостьянова, конечно, была не в восторге, что Денису придётся быстро покинуть её общество, но поняла, что возникло какое-то непредвиденное и неладное обстоятельство. На пустом месте администратор не стал бы подходить к актёрам после сложного спектакля и загадывать им загадки. Так что Тилляев выполнил наставление Москвина, и Семёныч повёл молодого человека прямо к кабинету, который на памяти Дениса всегда находился на замке – то было рабочее место главного режиссёра, отправившегося в долговременный вояж. Администратор трижды стукнул в дверь, открыл её и пропустил юношу вперёд. Тот вошёл в кабинет, с удивлением глядя на женщину в дорогом костюме, сидевшую за столом, а также на немолодого мужчину с характерным еврейским лицом, одетого в двубортный чёрный пиджак с узким галстуком.
– Тилляев Денис, – утвердительно произнесла женщина, глядя на молодого человека сквозь дымчатые очки. – Жаль, что нам не удастся сейчас пообщаться… Срочно переодевайтесь, а пока вам Иосиф Самуилович быстро изложит ситуацию.
– Переодеваться… Прямо здесь? – удивился Денис.
– Прямо здесь и сейчас. Если надо, я могу отвернуться.
– Я бы попросил отвернуться всех, – покраснев, произнёс Денис. – Хотя бы на десяток секунд.
Мало того что он был в костюме Тони, под юбкой ещё прятались белые кружевные трусики, переданные ему Светой. Этот секрет знали, естественно, только любовники, и расширять круг посвящённых Денис не имел ни малейшего желания.
Пока Тилляев переодевался, мужчина в пиджаке сообщил:
– Так, Денис Эрмангаллиевич, меня зовут Левитан Иосиф Самуилович, я – ваш адвокат. Вас обвиняют в покушении на убийство гражданки Ерматовой Зульфии Таиржоновны.
– Что-о? – ошарашенно спросил Денис, прекратив облачаться.
– Одевайтесь дальше… Вам уже выписан ордер на арест, и через несколько минут сюда придут три милицейских офицера. Я поеду с вами, иначе из вас уже через пару часов выбьют признание в убийстве Кеннеди. Причём обоих. Скорее всего, допрашивать вас начнут сегодня же вечером, поэтому я вам настоятельно рекомендую молчать и говорить только то, что разрешу я. Вы меня поняли?
– По… Понял, – ответил Денис, который, видимо, находился в полнейшей прострации.
– Владислав Семёнович, пригласите тех милиционеров, о ком идёт речь, – вздохнув, произнесла женщина. – Да, Тилляев, не при самых лучших обстоятельствах происходит наше знакомство… Но ничего, я думаю, через день-два это недоразумение разрешится, и мы с вами поговорим о вещах более интересных и нужных.
– Я могу узнать, кто вы?
– Конечно. Я – главный режиссёр этого театра.
– И как вас зовут? – спросил юноша удивлённо.
За дверью послышались тяжёлые шаги, и в кабинет вошли три милиционера.
– Вы гражданин Тилляев Денис Эрмангаллиевич? – спросил капитан Черенков.
– Да, я, – ответил Денис обречённо.
– Вы арестованы, – произнёс офицер. – Следуйте за нами.
– С вами пойду я, – сообщил Иосиф Самуилович вкрадчиво.
– Вы кто, простите? И основание?
– Я – адвокат этого молодого человека. Фамилия моя – Левитан.
– Вы это серьёзно? – спросил Черенков.
– Вот мои бумаги, – адвокат полез в карман пиджака.
– Насколько я знаю, у вас немного иная клиентура, – чуть поморщился офицер, изучив документы. – Всякие недовольные и горлопаны.
– Одно другому не мешает, – осклабился Левитан. – К тому же это было при коммунистах.
