Савченко руководил тренировкой у борта, хмуря седые брови. На фоне соперников, выступающих на этом турнире, Рина и Игорь уже не смотрелись статистами. Тренер мог бы сравнить их с медленно отходящим от спячки, пробуждающимся вулканом: одно мгновение — и он начнет извергаться, сжигая всё на своем пути. Еще мгновение, и спасения от него никому не будет. Вот и Рината с Игорем… Им нужно совсем немного времени, чтобы проснуться, вобрать в себя силу и мощь друг друга, превратиться в пару, с которой невозможно будет сражаться на равных. Совсем немного времени… Лишь бы хватило.
— Рината! — подозвал Николай Петрович к себе фигуристку. Рина, облаченная в черные, обтягивающие длинные стройные ноги лосины и майку пепельного цвета, послушно подъехала к борту. Без слов взяла из рук Савченко бутылку с водой, отпила пару глотков и вернула обратно. — Ты как себя чувствуешь?
— Нормально, — будто отмахиваясь, произнесла Ипатова. — А что такое?
— Ты бледная.
— Я всегда бледная.
— Сегодня больше, чем обычно, — проговорил Николай Петрович, обращая внимание на Игоря, только что идеально выполнившего тройной аксель.
Проезжавший мимо него Сергей Меркулов удивленно поднял брови, но ничего не сказал, а лишь взял за руку свою юную рыжеволосую партнершу и покатил дальше.
— Думаю, с акселем нужно повременить.
Рината вскинула голову и наградила тренера взглядом, которым можно было бы убить на расстоянии. Но на Савченко это не произвело никакого впечатления. Он ровным голосом продолжил, не давая возможности спортсменке и слова сказать:
— В короткой достаточно будет лутца. Сделаете все элементы без помарок и, возможно, будете первыми.
— А сделаем аксель и точно будем первыми! Николай Петрович, со мной все в порядке. На тренировках аксель получается же!
— Рината, нет! — возразил Савченко. — И это не просьба — это мое слово.
Ипатова, зло сверкнув глазами, ударила ладонями по борту и, оттолкнувшись, поехала прочь. Набрала скорость, не обращая внимания на присутствующие на тренировке еще три пары и, взмыв в воздух, скрутила три с половиной оборота. Четко выехала. Затем затормозила и с вызовом посмотрела на тренера. Савченко лишь покачал головой. Упрямая девчонка!..
— Ринат, все нормально? — спросил Игорь.
Все пары уже ушли со льда и они, забрав у Николая Петровича чехлы, надевали их на скамейке.
— А что не так? — через силу выдавила Ипатова, уперевшись ладонями о деревянную поверхность. Сжав края пальцами, она зажмурилась.
— На тебе лица нет. — Крылов накрыл своей ладонью её руку.
— Все нормально, — повторила Рината.
— Рин…
— Говорю же — нормально все! — рявкнула она и выдернула кисть. Полоснула его яростным взглядом и тут же, прижав руку к губам, вскочила с места и понеслась в подтрибунное помещение.
— Черт! — выругался Игорь и поспешил следом.
Не обращая внимания на то, что о нем подумают, без тени сомнения вошел в женскую туалетную комнату. Рината сидела в открытой кабинке на кафельном полу и практически обнимала унитаз. Абсолютно не понимая, что происходит, он присел рядом и положил руку на её худенькое плечо. Разве что… Внезапная догадка смешала в нем леденящий холод и обжигающий жар, соединила это где-то в области живота и тисками сжала горло.
— Рин…
— Да что?!
— Ты беременна? — В его голове проскочили мысли, одна противоречащая другой. Радость, ужас, неприятие… Он не знал, что делать, если Рината действительно ждет ребенка, — это просто развернет их жизнь в обратную сторону, круто развернет на выбранном пути и…
Но Рината не дала ему возможности развить эту мысль. Она поднялась с коленей, снисходительно улыбнулась и подошла к раковине. Умылась и только тогда обернулась к нему:
— Я не беременна.
— Но…
— Никаких «но»! — жестко оборвала она Крылова. — Я противозачаточные принимаю. И я не дура, чтобы вот так… — Рина щелкнула пальцами, улыбка ее стала небрежно-ироничной. — взять и пустить все коту под хвост.
Игорю от её тона стало не по себе. Он смотрел на неё: в её хрустальных глазах стояла непроглядная тьма. И он не мог понять, как такое возможно, если её глаза были такими яркими, как самое чистое небо?..
— Тогда что? Ты заболела? — выдавил Игорь.
— Нет. — Рина покачала головой. — У меня изредка бывает такое. — Она поморщилась, вырвала пару салфеток из салфеточницы на стене и промокнула губы. Потом скомкала и бросила в стоящую неподалеку мусорку. — Слишком сильно переживаю. Ерунда. Ну что? Допрос закончен? — Она взяла его за руку и повела вон из комнаты. — Идем уже отсюда.
Они вышли из туалета и разошлись по раздевалкам. До старта соревнований оставалось два часа.
Игорь сидел в коридоре, во второй раз перешнуровывая ботинки. До выхода на шестиминутную разминку их группы оставалось двадцать минут. Рината мельтешила рядом, расхаживая перед ним туда-обратно, разминая шею, разогревая мышцы на ногах и руках. Она напоминала ему бойца, готовящегося к выходу на ринг. Бойца молодого и горячего до побед, знающего себе цену, готового сходу заявить о себе.
