— Ваше имя, женщина, Маргарет Лазендер, — казалось, что, медленно хромая по ковру, Эбенизер не предвещал ничего хорошего. — Книга Иова, глава тридцать вторая, строфа двадцать первая, «и никакому человеку льстить не стану». В последний день, Маргарет Лазендер, никто вам льстить не будет. Можете привыкать к утрате титула, — он мимоходом посмотрел на Смолевку. — Привет, сестрица.
Леди Маргарет сжала плечо Смолевки.
— Эта девушка находится под моей защитой.
Эбенизер засмеялся мрачным смехом.
— Женщина, вы больше не обладаете никакой защитой, которую могли бы предложить. Этот дом теперь собственность Парламента, народа Англии, — его голос стал громче, он хлестал по комнате. — Вы можете оставаться здесь, как говорится в законе, пока согласовывается его передача, но у вас больше нет никакой защиты, чтобы вы могли предлагать. У вас вообще больше ничего нет.
Леди Маргарет была изумлена, ошеломлена самоуверенностью, которая звучала в голосе Эбенизера. Она блефовала, возможно понимая, что если они захватят замок, ей придётся просить помощи у победителей, поскольку побежденные беспомощны.
— Граф Флитский, молодой человек, сможет обуздать вашу дерзость.
Эбенизер остановился в нескольких шагах от женщин.
— Граф Флитский, Маргарет Лазендер, будет одиноким гласом в пустыне. Ваше время подошло к концу. Не будет больше ни лордов, ни дворян, ни королей, — он повернулся, и громко крикнул. — Брат Скэммелл! Подойди сюда!
Леди Маргарет схватилась за соломинку.
— Где мой муж? Я требую, чтобы сюда привели моего мужа.
Эбенизер резко ткнул длинным белым пальцем.
— Вы больше не можете требовать. Ничего.
— Эбенизер! — Смолевка шагнула вперёд, умоляя его. — Эбенизер!
— Успокойся, — он передразнил её, а в голосе звучала ненависть. — Ты пустое место, сестрица, пустое. Тебе сделали подарок, о котором можно было только мечтать. Богатство, благословленное Богом, а ты что сделала? Ты пришла сюда, в это логово воров, в это католический двор, к нашим врагам! Не умоляй меня, сестрица.
Сэмюэл Скэммелл тяжелой походкой подошел к ним, еле поворачиваясь среди изящной мебели своим толстым телом. Было видно, что он нервничает, и не знает то ли улыбаться, то ли хмуриться, неловко держа шлем в левой руке. Ножны стучали по стульям.
Эбенизер улыбнулся.
— Твоя новобрачная ждёт тебя, братец.
Леди Маргарет толкнула Смолевку себе за спину и только открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь в галерею распахнулась и в неё вбежал с мертвенно-белым, безумным лицом мистер Перилли.
— Леди Маргарет!
— Схватить его, — крикнул Эбенизер.
— Моя госпожа! — мистер Перилли увернулся от одного из солдат, но другой успел схватить его. Скэммелл остановился, ещё больше занервничав от заминки.
Леди Маргарет нахмурилась.
— В чем дело, мистер Перилли?
Эбенизер не дал ответить священнику.
— Кто это?
Казалось, мистер Перилли только сейчас заметил Эбенизера. Он стряхнул руку солдата и расправил своё черное испачканное пальто.
— Мое имя — сэр Перилли. Я имею честь быть викарием этого прихода.
Эбенизер засмеялся.
— Ты имеешь честь сосать сиську вавилонской блудницы. Что ты хочешь?
Мистер Перилли посмотрел на леди Маргарет, сложив руки как будто для молитвы.
— Сэр Джордж, леди Маргарет! — он остановился.
Леди Маргарет убрала руку с плеча девушки. Внезапно она стала очень спокойной и очень прямой.
— Продолжай, Симон. Скажи мне.
— Он мертв, ваша светлость. А ваш сын ранен, но сэр Джордж мертв. Мушкетная пуля, ваша светлость. Боже, мертв!
Каролина вскрикнула, служанки зарыдали, но леди Маргарет прикрикнула на них, чтобы они замолчали. А Смолевка застыла, вести стучали у неё в голове. Тоби ранен? Она вспомнила, что не помолилась за него этим утром и вскрикнула.
— Спокойно, Смолевка, — леди Маргарет презрительно взглянула на Эбенизера. — Я иду, молодой человек к моему мужу и моему сыну. Если вы хотите остановить меня, то вам придётся меня убить. Я не сомневаюсь, что вы способны на любую мерзость. Идем!
С этими словами она шагнула вперёд. Эбенизер посторонился, слегка улыбаясь, как будто леди Маргарет сказала ему комплимент. Он смотрел, как проходят женщины, но когда Смолевка пошла за Каролиной, он рукой похожей на клешню схватил её за локоть.
— К тебе это не относится, сестрица.
Она хотела вырваться, хотела закричать, но звать на помощь леди Маргарет в такой момент она не решилась. На Лазен Касл обрушилось несчастье гораздо значительней судьбы Смолевки. Он едва чувствовала руку брата, схватившую её. Она видела, как из комнаты уходила леди Маргарет, следуя за мистером Перилли, и беззвучно плакала о Тоби. Это её вина, только её и простит ли когда-нибудь её леди Маргарет за то, что она навлекла несчастье на Лазен, из-за того что он укрыл её и печать святого Матфея. В руках зашевелилась кошка, и она погладила её. Это остался единственный клочок любви в её рассыпавшемся мире.
Солдат закрыл дверь за женщинами. Скэммелл, наблюдавшим как они уходят, повернулся к Смолевке и нервно ей улыбнулся. Она не замечала его.
Другой солдат, обыскивающий комнаты Нового дома вошёл в галерею через западную дверь.
— Сэр?
