Высшая справедливость полностью

Было наивно предполагать, что она удовлетворится такой размытой формулировкой.

Ей требовалось большее.

Им всем требовалось что-то большее.

Анне-Ли переглянулась с Торкелем. Какой дополнительной информацией они могут поделиться? Если Себастиан прав, они смогут вступить в контакт с людьми, пережившими похожий сценарий в отношениях с преступником. В то же время нельзя было давать прессе слишком много подробностей. Анне-Ли кивнула Торкелю, передавая ему слово. У него возникло чувство, что ей просто нужен кто-то, на кого можно было бы возложить ответственность в случае возникновения осложнений по ходу расследования.

– Вероятно он хотел, чтобы во время полового акта женщины неподвижно лежали на животе. Скрывали свои лица, возможно, накрывали их чем-то.

– Он накрывал их лица во время изнасилований? – поинтересовался молодой человек с заднего ряда.

Словно не услышав последнего вопроса, Торкель резюмировал:

– Вот что касается БДСМ.

Он скорее почувствовал, чем понял по выражению лица Анне-Ли, что уже сказал слишком много.

– Мы будем опрашивать всех, кто находился вблизи мест, где произошли нападения, непосредственно до или сразу после совершения преступлений, – заявила Анне-Ли, давая всем присутствующим понять, что тема секса и, соответственно, способа, коим были совершены преступления, исчерпана. – Мы составили список актуальных адресов и временных отрезков, вы можете его получить, – продолжала Анне-Ли, кивком головы указывая на двух полицейских в форме, стоявших у дверей, каждый с небольшой пачкой листов в руках.

– Если есть потерпевшие, которые не заявляли о нападении либо попытке нападения, мы просим их связаться с нами сейчас, – вставил Торкель.

– Значит, потерпевших может быть больше, – констатировал репортер с заднего ряда.

– Все это мы собираемся прояснить, – отрезала Анне-Ли, поднимаясь с места. Молча собрав свои записи, она покинула помещение прежде, чем Торкель успел хоть как-то отреагировать. Секунду назад их было двое, и вот он остался один. Обескураженный ее поспешным уходом, он повернулся лицом к собравшимся представителям прессы. Взглядом отыскал Вебера, но тот, как видно, был целиком погружен в свои заметки.

– Да… спасибо, что пришли, – выдавил из себя Торкель, тоже поднимаясь с места. – Мы будем благодарны за публикацию сведений, которые считаем необходимым распространить. Мы также будем на регулярной основе информировать вас о прогрессе расследования. Еще раз спасибо.

И вслед за Анне-Ли Торкель последовал прочь из конференц-зала, под аккомпанемент вопросов, обращенных уже к его спине.

В зале вновь загудели голоса – пятнадцать репортеров складывали вещи, готовясь к публикации только что добытых сведений на различных платформах.

В Уппсале появился серийный насильник.

Который убил женщину.

И, вероятно, тяготеет к девиантному сексу.

Аксель Вебер продолжал сидеть на своем месте. Он все еще проглядывал записи. В середине страницы несколько раз что-то обвел ручкой.

Два слова.

Ребекка Альм.

Это имя он уже слышал.

– Я в Уппсале. Хочешь увидеться?

Все, отправлено. Уже не стереть.

– Я бы с удовольствием, но я не в городе.

Урсула уже собиралась поинтересоваться, где он, но поняла, что:

а) он работает в сфере торговли, так что возможно, где-то занимается продажами;

б) ее это вообще не касается, может быть, это просто-напросто небольшая ложь, чтобы избежать встречи с ней.

– Окей, в другой раз.

Инициатива переходит к нему.

– Я возвращаюсь завтра. Ты еще будешь там?

– Да, я здесь как минимум на пару дней.

– Как ты смотришь на то, чтобы встретиться завтра вечером? Увидимся?

– Конечно.

– Здорово. Я дам знать, когда приеду, и мы договоримся. С нетерпением жду встречи.

– Да, я тоже.

Они завершили беседу, обменявшись для простоты номерами телефонов. Урсула скопировала номер и перешла сразу на страницу Hitta.se, чтобы его пробить. Номер принадлежал Петросу Самаросу из Уппсалы. Пока что все совпадало. Она захлопнула ноутбук и со вздохом откинулась на спинку стула. Еще один вечер в стандартном номере стандартной гостиницы. Таких вечеров у нее уже были сотни.

Конкретно эта гостиница называлась «Йиллет»[8] и находилась в пешей доступности от здания полиции. Пятиэтажное здание своей наружностью прозрачно намекало на семидесятые, а вот внутреннее убранство сделало вполне успешную попытку осовремениться и стать уютным. Здесь была зона спа, спортивный зал, ресторан и бар. Урсула не особенно стремилась пользоваться этими благами, но и такой напряженной работы, чтобы погрузиться в нее целиком, у нее сейчас тоже не было. Предварительных результатов по Ребекке Альм можно не ждать до завтра, а все прочее она уже изучила. Несколько раз.

Так чем же ей заняться?