Торкель уехал обратно в Стокгольм. К Лисе-Лотте. К Ванье приехал бойфренд, да и в любом случае она жила не в гостинице. Билли остановился в Уппсале, но все еще пропадал на работе. Когда Торкель предложил ему поехать домой вместе, Билли ответил, что лучше останется и займется изучением видеозаписей с камер наблюдения. Поищет что-нибудь, какой-нибудь след, вектор для расследования. Он в браке всего полгода, но не стремится домой, к своей жене. Хотя кто такая Урсула, чтобы судить? Никогда за все время своего замужества она не спешила возвращаться домой, к супругу и семье.
Оставался один Себастиан.
Если она когда-то и позволяла себе задуматься над тем, с кем ей было лучше всего – настолько благостно и приятно, насколько это было возможно – то это было в обществе Себастиана. Возможно, из-за того, как сильно они похожи, из-за того, что Себастиан тоже не желал играть по чьим-то правилам, соответствовать ожиданиям, вписываться в стереотипные представления о романтике, любви, партнерстве. Она на самом деле сомневалась, способна ли любить так, как большинство людей это себе представляют, но Себастиана Урсула любила. Когда он предал ее, Урсуле было больнее, чем даже когда Микке сообщил ей, что встретил Аманду.
Они снова находились на пути к чему-то, она и Себастиан, прежде чем ее подстрелили. И тогда он снова ее предал. Теперь же они были друзьями. Так, по крайней мере, считала Урсула, но ее не оставляло ощущение, что Себастиан не сможет этим удовлетвориться, что в их взаимоотношениях фоном всегда присутствует ожидание секса. Что, когда они оказываются рядом, всегда стремятся к сексу.
Друзья с привилегиями.
Или приятели по случке, это выражение ему подходило даже больше.
Он ей открылся. Рассказал все. О вине, тоске и горе. Стал ей ближе. Но им так много нужно было пройти.
Даже если Урсула и считала, что они с Себастианом друг другу подходят, она не собиралась развивать эти отношения.
Это было бы чересчур сложно.
Он был слишком невозможен, слишком травмирован.
Он не позволит себе стать счастливым, он предаст снова, только чтобы сделать хуже самому себе, а Урсула больше не собиралась на такое подписываться.
Больше никогда.
Но ей нужен был кто-то, нет, неправильно, ей никто не был нужен, но она хотела кого-то иметь. Простого, непосредственного, без претензий.
Как Торкель когда-то.
Где-то месяц назад после долгих поисков она зарегистрировалась на сайте знакомств. Очевидно, все теперь знакомились таким образом, но Урсула буквально через силу заполнила все анкеты и подала заявку. Ответы не заставили себя долго ждать. Большинство она отфильтровывала сразу, остальных – после нескольких вводных предложений. Кроме одного мужчины, с которым она общалась в чате уже почти три недели.
Петрос Самарас, пятьдесят три года, разведен, двое детей, менеджер по продажам на фармацевтическом предприятии, проживает в Уппсале.
По крайней мере, это он посчитал нужным о себе сообщить. Невозможно знать наверняка. Она даже не знала, действительно ли он выглядит так, как на аватарке. Они еще не встречались. Она удержалась от искушения пробить его по полицейской базе, ограничившись лишь беглым поиском в сети, который подтвердил, что в Уппсале действительно проживает гражданин с таким именем.
Придя с работы, она открыла ноутбук, ввела пароль, зашла в приватный чат и отправила ему краткое приветствие, поинтересовавшись, располагает ли он временем.
Он ответил меньше чем через пару минут.
После приличествующего обмена вопросами о самочувствии (хорошо), времяпрепровождении (ничего особенного) и сообщения о том, что он как раз собирался ей написать, но она его опередила (мысли сходятся), Урсула замерла, держа пальцы над клавишами. Первоначальная решимость угасла. Нужно ли ей сделать следующий шаг? Да, решила она. Почему нет?
–
И вот она здесь. В своем номере, в гостинице. Взяла телефон – неплохо бы забить его номер в контакты. Так она узнает, что он звонил. Справившись с этим, она осталась сидеть с мобильником в руках.
На самом деле, в Уппсале был еще один знакомый ей человек.
Не так близко знакомый, как следовало бы, но все же.
– Почему мы встречаемся здесь? – поинтересовалась Урсула, разглядывая помещение, в котором оказалась.
– Здесь открыто, недалеко от центра и дешево, – отозвалась Белла, ставя на стол бокал вина и пиво, прежде чем усесться на скамью напротив матери.
– Можно было не искать, где подешевле, я угощаю.
– Мне здесь нравится.
