Весенний бал проходит идеально. Именно так я себе и представляла окончание сезона. Празднование как раз подходит к концу. Огромный белый навес развевается на ветру. Сквозь прозрачную ткань виднеются сотни мерцающих огоньков, свисающих с потолка. Живая музыка разливается по воздуху и разносится далеко по округе.
Сан снова превзошел себя, украсив помещение цветочными композициями, только на этот раз он расставил не цветы, а небольшие деревца и кустарники. В центре стоят гнездышки из веток с чайными свечами, а столы с напитками и десертами украшает мох.
В дальнем углу помещения на столе стоит кашпо с разнообразными цветами. Когда празднование только началось, в земле были лишь семена, но со временем они напитались магией присутствующих вёсен и превратились в цветы.
Сложно не проникнуться здешней атмосферой. Обожаю такие школьные мгновения.
Солнце село. Розовые и пурпурные краски уступают место черноте ночи. В небе низко висит полумесяц и сияют звезды.
Пейдж стоит вдалеке, и я ловлю ее взгляд. Она выглядит прекрасно. На ней темно-синее платье, длинные волосы распущены. Я невольно улыбаюсь, ведь после того, как мы вместе рассеяли бурю, мы не рассорились. Мы снова стали собой.
Она кивает в ответ.
– Присоединяйтесь к нам на танцплощадке для последней песни, – говорит певица в микрофон.
Сердце у меня на секунду замирает. Как же хочется, чтобы эта ночь никогда не кончалась.
Сан обнимает меня за талию и шепчет:
– Потанцуем?
Его дыхание щекочет мне кожу. Я немного отодвигаюсь, чтобы не задрожать всем телом.
Сан одет в синий костюм и белоснежную накрахмаленную рубашку. И хотя я смотрела на него весь вечер, мне этого мало. Его волосы слегка растрепались, когда он танцевал. Две верхние пуговицы рубашки он расстегнул.
– С удовольствием, – говорю я и позволяю Сану увлечь меня на танцплощадку.
Играет пианино. Раздается незнакомая мелодия. Медленная, щемящая сердце. Я обнимаю Сана за шею, он меня – за талию. Здесь и сейчас рядом с ним я не думаю о том, что будет после окончания школы, о том, какие надежды возлагают на меня и мою магию. Я не думаю о боли, которую причинила, о тревогах, что снова могу навредить кому-нибудь. И я не думаю о том, что случится с нами в первый день осени.
В это самое мгновение я здесь, рядом с ним. И никого больше нет. Музыка разливается под навесом, ведьмы танцуют, из садов доносится сладкий аромат волчеягодника.
Я прижимаюсь щекой к лицу Сана. Он играет с моими волосами. Я закрываю глаза, чтобы запечатлеть эти минуты до конца своей жизни.
Песня кончается, но ее последняя строчка повторяется и разносится по ветру: «Прошу, будь моей навсегда. Ты мое все, все, все».
– Ты мое все, все, все, – шепчет Сан в такт песне, касаясь губами моего уха. – Прошу, будь моей навсегда.
Одной рукой он обнимает меня за талию, другую запускает в волосы. Я умоляю себя поверить в его слова. Поверить, что у нас может быть вечность, которая переживет все мои перемены и продлится не только лето.
Я всегда думала, что любовь высшей ведьмы не может длиться долго. Возможно, так и есть, но я точно знаю: можно обожать кого-то просто за то, что он есть, просто за то, что Вселенная создала из звездной пыли такого удивительного человека.
И сегодня я хочу верить, что наша любовь продлится вечность. Мы преодолеем мою магию, затмение, первый осенний день – мы выстоим.
Музыка затихает, но Сан продолжает танцевать со мной, прижимая меня к себе, и я танцую с ним в порывах легкого ветерка и тишине, окутавшей навес.
Только когда мисс Сантайл выходит вперед и заговаривает, мы останавливаемся. Она благодарит нас всех и завершает празднество.
Я беру Сана за руку.
– Хороший вечер? – спрашивает он, целуя меня в висок.
– Самый лучший.
– Отлично, – шепчет он с хрипотцой.
Я тут же тяну его за руку и веду наружу.
– Куда вы ведете меня, мисс Денсмор? – спрашивает Сан, следуя за мной.
Голоса сзади постепенно стихают.
– Прочь отсюда.
Я придерживаю подол платья, когда мы подходим к восточному саду. Изумрудная ткань свободно лежит на моей руке. Мощеные дорожки вьются между кустарниками и кленами, а в центре стоит небольшой фонтан. Плеск воды заглушает все звуки, и кажется, будто танец остался далеко позади.
Здесь только мы.
Дорожку освещает лишь несколько тусклых фонарей, поэтому в темноте так ярко мерцают звезды, луна и светлячки. Мы пробираемся до конца сада, окаймленного высокими соснами и дубами.
Я оборачиваюсь к Сану. На его губах играет улыбка, а глаза ярко горят.
– Ты мое все, все, все, – нежно напевает он.
Его голос едва слышится сквозь ветер. Он широко улыбается, обнимает меня и громко смеется.
– Почему ты смеешься? – спрашиваю я, крепко обнимая его в ответ.
– Потому что счастлив.
– Я тоже счастлива.
И это пугает меня, потому что я знаю, как легко все рушится.
Сан отклоняется и смотрит на меня. Улыбка на его лице становится загадочной. Какое-то мгновение мы просто глядим друг на друга, подстегиваем, чтобы другой сделал шаг вперед.
