Слово взяла главбух. Она как раз докладывала об очередных и первоочередных платежах, когда за окном рвануло. Сначала коротко и очень ярко полыхнули заревом потолок и часть стены, и тут же донёсся грохот взрыва и звон стекла. Бухгалтерша замолчала на звуке «..ивн…». Мгновение все смотрели друг на друга, а потом бросились, опрокидывая кресла, к осыпавшемуся окну.
Внизу клубились пыль и дым, что-то горело. Башенный кран, обычно заботливо протягивающий свою длинную рабочую руку то к административному корпусу, то к будущему бассейну, теперь протянул ноги, разворотив своим скелетом часть кирпичной стены плавательного бассейна. Поодаль, по серебристому телу склада-ангара, чернели дыры – сорванные взрывной волной листы железа завернулись полутораметровыми самокрутками. Что взорвалось, никто сразу не понял, но было видно, что эпицентр взрыва располагался на месте штабного вагончика, того самого, где сейчас должна была проходить планёрка. Рассмотреть что-либо на этом месте было невозможно, всё заволокло смесью пыли и дыма, а остатки вагончика валялись разбросанные довольно далеко, многие из них горели, исходя чадным дымом.
С высоты разглядели, что все части вагончика снесло веером в одну сторону, значит, взорвалось не в самом вагончике, а рядом с ним. Артём встретился взглядом с начальником охраны, своим бывшим сослуживцем, уволившимся из армии четыре года назад и работавшим то строителем, то реализатором на рынке, где Артём и встретил его год назад. Звали его Андрей, у Артёма он работал чуть больше месяца и ещё не до конца владел ситуацией.
– Дай команду своим никого не выпускать с территории. Свободной смене с медицинскими аптечками и одеялами – к месту взрыва, – приказал Артём. – Всех пострадавших срочно эвакуировать в медицинский блок. Одеяла использовать как носилки. Сам – тоже туда и командуй.
Андрей молча взмахнул рукой и, повернувшись через левое плечо, побежал к выходу, на ходу вызывая по рации начальника смены.
– Валентина Анатольевна, вы готовьтесь к приёму раненых, используйте все три медмодуля, ну, не мне вам говорить, что делать, вы врач – сами знаете. Светлана Михайловна вам поможет.
Врач – немолодая, грузная женщина, быстро для своей комплекции засеменила утиной походкой прочь, что-то бормоча себе под нос. Бухгалтерша пошла рядом с ней, растерянно оглянувшись на Артёма, но ничего не сказав.
– Лифт там придержите для остальных, – крикнул ей вдогонку Артём и, повернувшись к оставшимся, приказал: – А вы идите к детям, слава богу, что они должны готовиться сейчас к утренней линейке. Сделайте перекличку, выясните местоположение всех отсутствующих, успокойте их, но занятия пока отменить, всех развести по спальным комнатам, обеспечить контроль и постоянное наблюдение за детьми, особенно, чтобы никто из них, чертенят, не улизнул выяснять, что да как?
Когда в комнате остались только близкие, Артём закрыл дверь кабинета на ключ и махнул им приглашающе рукой в потаённую дверь.
– Джинн, что это было? – Артём уже автоматически прошёл к пилотному креслу и уселся перед обзорным экраном. – Что взорвалось?
– Сработало взрывное устройство, вмонтированное в газовый баллон. Мощность – три килограмма в тротиловом эквиваленте. Взорвалась также образовавшаяся в результате разрушения трех баллонов с кислородом и двух с пропан-бутаном газовая смесь.
– Хорошенькое дело! – Артём поочередно повернул голову к Марине и Паше, стоящим за его плечами. – Это кто же нам свинью такую подложил, в тротиловом эквиваленте?
Паша вопрос проигнорировал, Марина не очень уверенно пожала плечами, ну а Джинну отвечать по должности полагалось:
– Взрыв организован спецгруппой ЦРУ США. Спецгруппа в составе четырёх человек прибыла из Соединенных Штатов пятнадцать дней назад. Ещё раньше – тридцать семь и срок три дня назад, постоянной резидентурой были завербованы из числа строительных рабочих двое информаторов. Один из них – бригадир сварщиков Дроба Иван Сергеевич, получил задание встретить машину с газовыми баллонами и организовать их выгрузку вблизи штабного вагончика. Что он вчера вечером и сделал. Кроме того, воспитательница – куренная куреня «Ластівка» использовалась втёмную. Восемь дней назад её влюбил в себя один из работников постоянной резидентуры и, пользуясь её природной болтливостью, узнал много для себя интересного о «Січі молодой», структуре и распорядке дня, в том числе и о регулярных твоих перемещениях и, особенно, об обязательных утренних планёрках в штабном вагончике.
– Дальше все понятно. Сколько людей пострадало от взрыва?
– Двое погибших и шесть раненных.
– Дети?..
– Из детей никто не пострадал.
– Ну хоть за это слава богу. – Артём повернулся вместе с креслом к друзьям. – Вцепились они в нас насмерть, как Путин в чеченских террористов, теперь и в сортир спокойно не сходить.
– А ты шо от них хотел? Мармеладку и стакан «дюшеса»? – отозвалась Светка. – Стянуть такие деньжищи у ЦРУ это всё равно, что нагадить под дверью у боксёра и позвонить в звонок. А потом он ещё удивляется: и чего это я по морде получил?!
