– Кофе, правда, остывший, но вам, думаю, именно такой и нужен. – Анна пыталась говорить спокойно, и, похоже, ей это удалось.
Искрящиеся капли пота стекали по их лицам, и в глазах читалась растерянность.
– Убить? – предложил один из дуэлянтов.
– А может, и правда, глотнем по чашечке? – отозвался другой.
– А вдруг отрава?
– Уйдем от греха подальше.
Они подняли острия клинков, по стеночкам, боком, двинулись прочь, и вскоре скрывшись за углом. Едва они исчезли из виду, она отнесла поднос в свою комнату, но, едва поставила его на стол, как за дверью вновь раздались шаги – на этот раз медленные, шаркающие, стариковские.
Она выглянула за дверь и увидела, что прямо на нее идет неопрятный косматый низкорослый старикашка с кошачьим взглядом. Казалось, из копны седых волос и длинной, до пупа, всклокоченной бороды торчал только нос, над которым светились два нечеловечески огромных зеленых глаза. Потрепанный пиджачок топорщился, где только мог, коленки на видавших виды брюках обвисли, а сами они были заправлены в короткие резиновые стоптанные сапожки, которые бы и нищий-то надеть постеснялся. Левая рука сжимала простую деревянную трость, а правую он почему-то прятал за спину. Он казался еще менее реальным, чем недавние дуэлянты, но чувствовалось, что от него так легко отделаться не удастся.
– Здравствуйте, чудовище! – громко воскликнула принцесса, надеясь таким образом смутить этого странного старика.
Его седые брови вздернулись вверх, он вдруг захохотал, обнажив неожиданно ровные белые зубы.
– Здравствуй, красавица, – ответил он сквозь смех и попытался дотянуться ладонью до ее плеча, но принцесса поспешно отступила на пару шагов. – Только не думай, что ты смогла меня чем-то удивить. Пока все, что ты делаешь, абсолютно предсказуемо.
– Я вовсе не пытаюсь никого удивить, – вполне искренне ответила Анна, – я всего лишь хочу, чтобы все от меня отвязались.
– Желание вполне естественно, но совершенно невыполнимо, – отозвался старикашка. – По крайней мере, сейчас. Кстати, позволь представиться – Чатул Мау, твой учитель.
– Я… Мне… Мне не нужен никакой учитель! – От того, что ей придется постоянно общаться с этим странным существом, принцессе стало не по себе.
– Конечно, сейчас тебе кажется, что тебя окружают одни враги, и все, с кем тебе приходится встречаться, вызывают у тебя раздражение, неприятие и страх.
– Я ничего не боюсь! – поспешно, слишком поспешно заявила Анна.
– Не смеши меня. Ты боишься, но в этом нет ничего зазорного. Все чего-нибудь боятся, даже те, что обладают исключительным мужеством и бесстрашием. Но ты при этом прекрасно держишься. И я тебе скажу, чего тебе действительно стоит бояться: собственного невежества и неумения сделать правильный выбор. Я научу тебя чувствовать настоящую опасность, ходить босиком по лезвию ножа, не поранив пяточек. Ты просто не представляешь себе того, что тебе предстоит, но скоро, очень скоро ты поймешь, что здесь у тебя есть только один друг. Ну, пусть не друг, а тот, кто искренне хочет для тебя блага. Это я и никто другой.
– Почему я должна вам верить?
– О нет! Ты ничего никому не должна. Чувство долга – самый скверный советчик. Оно может привести к самым нелепым и противоестественным решениям и поступкам. Есть только два достойных мотива для действия – либо это тебе полезно, либо это тебе приятно. Ни один из них не имеет ничего общего с чувством долга.
– Вот только не надо меня грузить… – Фразочка, подслушанная однажды от дочери одной из кухарок, показалась ей весьма кстати.
– Не пристало принцессе так изъясняться.
– Отстаньте от меня!
– Это можно. Но учти – без меня, без моей помощи ты обречена. Без меня у тебя не больше шансов выжить, чем у тех дуэлянтов, от которых ты так ловко избавилась.
– А кто они такие? – поинтересовалась принцесса.
– Пара невежд, которые думают, что ловкость, наглость и уверенность в себе позволят открыть любые двери. Один из них намерен пройти Лабиринт, а другой мнит себя Учителем. Впрочем, мотивы Лабиринта непредсказуемы, и он иногда дает шанс наивным неумехам. Но всякий, кто делает ставку на жалость, на «счастливую звезду», на ловкость или расчет, многократно сокращает свои шансы.
– И чему же вы собираетесь меня учить?
– Начнем с того, что я просто загружу в твой маленький мозг массу полезной информации – о боевых искусствах и природных катаклизмах, о дипломатии и дворцовых интригах, об устройстве вселенной, о вере, которая превращает иллюзию в реальность, о неверии, которое помогает избежать необдуманных поступков. Все это пригодится тебе и после прохождения Лабиринта – чтобы обустроить свой мир. Если, конечно, ты сможешь обмануть смерть и получить свою награду. Так что извини, высочество, но грузить придется. И ты не должна сопротивляться, иначе необходимая информация не усвоится или будет искажена до неузнаваемости.
– Это больно?
– Это не больно, но довольно мучительно… Думаю, ты справишься.
– Учитель…
– Вот так ко мне и обращайся.
– Учитель… Кто вы, Учитель? Вы не похожи на человека.
– Надеюсь, что ты сама поймешь, когда будешь знать больше.
– Почему просто не сказать?
