Скорее всего, никаких соглядатаев не было. До Тартесского конфликта казалось, что котхам вообще все равно, существует ли во вселенной вид homo sapiens. Может быть, они вообще не видели принципиальной разницы между человеком и бактерией – и то и другое могло быть предметом исследований, но никак не поводом для каких-либо чувств.
Дамочка, идущая впереди, остановилась, и Матвей, не успев притормозить, едва не свалил ее с ног.
– Извиняюсь…
– Не стоит, – сдержанно ответила она, хотя и скорчила недовольную гримасу. – Возьмите! – Она протянула ему желтую пластиковую карту. – Это и деньги, и ключи от вашей каюты, дверь – вот!
Дверь была из настоящего дерева, украшенная тонкой резьбой, что встречалось лишь в лучших каютах самых роскошных круизных лайнеров. Пока они шли, Матвей, погрузившись в тревожные мысли, не заметил, как закончился мрачный технический коридор и началась пассажирская палуба, с одной стороны которой выстроились двери кают, а с другой сквозь прозрачную броню открывался вид на звездное небо.
– Примите ванну, а то от вас воняет, – продолжила дамочка, – переоденьтесь и вызовите стюарда, он проводит вас в ресторан. Ваши передвижения по кораблю – на общих основаниях для пассажиров, все услуги оплачиваются этой картой. Кредит не ограничен. Приятного путешествия.
Конвоиры ушли, оставив его наедине с дверью. Командор дождался, пока стихнут их шаги, и только после этого приложил карточку к запорному устройству. Он ожидал чего угодно, только не этого. Все от него отстали – какое счастье… Это, конечно, ненадолго, да и наверняка у них есть способ следить за каждым его шагом, но лучше об этом забыть. И, конечно, ни в какой ресторан он не пойдет – пусть принесут обед в номер. А вот ванну действительно принять стоит – последний раз под душем был за три часа до вылета на ту злосчастную операцию.
Номер оказался роскошным – под стать двери. Паркетный пол сверкал такой чистотой, что на него было страшно наступать. На широкой дубовой кровати, застеленной синим шелковым покрывалом, возвышалась гора подушек, а в изголовье на серебряном крючочке висели «плечики» с фраком. Вот уж такой одежки ему в жизни носить не приходилось… Дверь в ванную комнату была слегка приоткрыта, и оттуда доносился приятный запах пряных солей, и по полу сквозь щель стелилась струйка пара. Ванна уже готова. Сервис на уровне. Похоже, господин Дуайт Стронг всерьез рассчитывает, что скромный пилот-истребитель в состоянии возместить ему баснословный ущерб, да еще и с прибытком. А был ли вообще ущерб? Все было разыграно как по нотам, и пока нет ни малейших оснований верить хотя бы одному сказанному им слову. Каких удивительных высот можно достичь во вранье, показывает хотя бы пример советника Лин Тао. Вот бы с кем повстречаться на узкой тропинке или в темном переулке. Цель? Да, чтобы жить, нужна цель. И у командора Матвея Вайгача она есть: отомстить всем, кто его подставил. Вполне себе нормальная цель – ничем не хуже любой другой. Может быть, сейчас это кажется совершенно немыслимым, но кто знает, как еще повернет судьба…
Пар поднимался к потолку, отделанному под мрамор, хотелось заснуть, чтоб хоть на какое-то время отступили воспоминания последних дней. И главное – постараться меньше думать о новой, только что поставленной перед собой цели жизни. Он вспомнил, как еще недавно, перед последним допросом, чей-то вкрадчивый голос нашептывал ему чужие мысли. Если они могут мысли навязывать, значит, они способны и читать их. И есть единственный способ сделать так, чтобы никто не прочел твоих мыслей – просто ни о чем не думать. Пусть разум перестанет болтать. Не надо никакого фрака и никакого ресторана. Помылся – и спать. Похоже, этот лайнер пока не собирается нырять в подпространство, и это прекрасно – никакие призраки, никакие «гости» сегодня не будут докучать расспросами и наставлениями. Намеченная цель наверняка потребует неимоверных усилий, и сейчас – последняя возможность хотя бы на одну ночь позволить себе погрузиться в сон без сновидений и ощутить покой.
