Кристина сосредоточилась и попробовала это сделать, уловить что-то, чего раньше она не замечала. Ничего не вышло. Она только напрягала свою волю, но не находила точки ее приложения. Тогда девушка вспомнила, что при медитациях монахи и мулы воспроизводят образы перед своим мысленным взором, как бы видят, не открывая глаз. Она читала об этом.
Юная бессмертная сосредоточилась и постаралась сквозь веки увидеть волка, так, будто бы она смотри на него глазами. Поначалу у нее не получилось, но затем, когда волк в очередной раз шевельнулся, давая знать, где он, воображение Кристины с легкостью вырвало его из тьмы и поставило перед ней. Как гобелен, ткалась картинка ее внутреннего взора: от волка в стороны расходился ночной синеватый снег, из него вырастали сосны, Герман и другие волки. Девушка ясно видела пальцы своего любовника, ласкающие густую шерсть хищника. Она смотрела сквозь веки.
Увидев окружающий мир четко, она сосредоточила внимание на выбранном волке, не двигаясь, мысленно вся вытянулась к нему и прикоснулась. Сначала к кончику носа, отчего зверь вздрогнул и удивленно повел глазами, затем к его переносице и, наконец, к голове. Она не чувствовала покатого лба зверя или его мохнатой шкуры, только пульсацию живого разума, движение его мысли. И тогда Кристина вошла в этот поток.
На мгновение наступила тьма, но затем девушка снова увидела лес. Правда, уже с другой точки. Справа было плечо Германа, он сидел и гладил вожака их маленькой стаи. Еще дальше сновали туда-сюда любопытные носы других волков, а прямо впереди стояла в снегу девушка в наброшенном на плечи черном пальто, пахнущем овчиной, и глаза ее были закрыты.
Видение продлилось всего несколько секунд, а затем исчезло. Кристина открыла глаза.
– У меня… получилось? – она почему-то посмотрела на свои руки, будто пытаясь понять, в том ли она теле.
– Да, получилось. Я видел. Ты смогла.
Герман встал из снега, отряхнулся и взял ее за руку.
– Пошли? Хватит с тебя на сегодня.
Но прежде, чем уйти, они постояли немного, глядя вслед уходящей стае. Волки неспешно удалялись, поднимаясь вверх по склону, туда, где далеко за деревьями находился горный перевал.
– Нет, ты точно видел? Это было? Я смогла?
– Да, ты смогла.
Герман обнял ее за талию и на ходу прижал к себе, чтобы было теплее. До дома было рукой подать, и его окна горели теплым манящим светом.
– А что еще такого умеют бессмертные? Расскажи мне.
– Всему свое время.
– Это какой-то секрет? – Кристина игриво посмотрела в лицо Герману.
– Нет, просто не хочу тебя шокировать сразу таким обилием информации. Но обещаю, что со временем ты все узнаешь.
– Сно-о-ова начинается! – протянула девушка. – Ты бываешь иногда просто невыносим, ты знаешь?
– Мне говорили, – усмехнулся вампир.
– А знаешь, что еще?
– Что?
– Мне жаль, что это не испытание. Я же смогла, я прошла. А так теперь снова сиди и переживай, что ты там мне придумаешь.
Он прижал ее к себе еще крепче и ответил:
– Тебе не стоит волноваться. Последнее испытание самое сложное, но и самое легкое одновременно. Ты без труда его пройдешь. Просто прислушайся к себе, и ничего больше.
Сквозь сон она услышала гул. Винты вертолета разметали снег и раскачивали сосны, стоящие вокруг небольшой поляны за домом. По меркам бессмертных было еще слишком рано, всего половина одиннадцатого утра, когда настала пора улетать.
Герман уже оделся и заканчивал варить кофе внизу. Кристина откинула одеяло, быстро натянула свитер и джинсы, сунула ноги в ботинки и спустилась по лестнице в гостиную.
– Продолжаешь потворствовать моим человеческим привычкам? – спросила она, присаживаясь за стол и принимая парящую чашку из рук своего жениха.
– Почему бы и нет? Это же так мило. К тому же я и сам иногда веду себя, как обычный смертный. Это помогает забыть хотя бы ненадолго о том, кто мы есть на самом деле. Да и кофе у меня иногда выходит неплохо.
– Отличный кофе, – похвалила девушка, отхлебнув из чашки.
Теперь она могла пить, не обжигаясь, и вкус давно известного напитка раскрывался у нее во рту по-новому и играл незнакомыми гранями.
Вертолет затих, а на крыльце послышались шаги. Незнакомый Кристине мужчина открыл дверь и поздоровался.
– Мое почтение, Герман Владиславович. Прошу прощения, если не вовремя. Но иначе мы рискуем не успеть на самолет.
Герман кивнул, приглашая пилота войти в дом, и ответил.
– У меня свой самолет. Как я могу на него не успеть?
– Либо вы летите сейчас, либо рискуете застрять в Анкоридже на несколько дней. С севера движется атмосферный фронт, обещают сбои в работе аэропорта.
– Сколько до вылета?
– Нам обещали дать разрешение на взлет примерно через два часа.
Бессмертный налил кофе себе, затем достал третью чашку, наполнил ее и поставил перед гостем.
– Успеем. Угощайтесь.
Меньше, чем через два часа они пили шампанское на борту частного лайнера семьи Мареш.
– Что празднуем? – поинтересовалась Кристина, глядя, как нити пузырьков поднимаются со дна бокала вверх.
Глаза Германа неотрывно смотрели на девушку и как всегда излучали тепло с легкой долей лукавства.
– Я хотел выпить за твое третье испытание.
