Тишина. Ника торопливо принялась развязывать узлы на ногах. Она сломала несколько ногтей почти до мяса, но сумела высвободиться. Тогда девушка поднялась на ноги и осторожно пошла в сторону неясных очертаний у стены. Постепенно подступая, она поняла, что там лежит человек.
– Эй. Вы как? Эй…
Она не знала, что еще спросить или сказать и поэтому просто делала шаг за шагом, приближаясь. Постепенно глаза привыкли к слабому свету, и ей удалось рассмотреть своего сокамерника. Это был молодой мужчина, лежащий на боку лицом к стене. Профиль показался ей знакомым.
– Артем?!
Она наклонилась, и сомнений не осталось. Это был бывший парень и неудавшийся жених Кристины. Ника была с ним знакома, пусть и не близко. Девушка быстро села на колени и начала трясти его за плечо.
– Артем! Это я, Ника! Ну? Приди в себя, Артемчик, миленький! Надо выбираться, Артем!!!
Но парень не открывал глаз и только опрокинулся с бока на спину. Часть шеи, до того скрытая от глаз, была разорвала. Остатки крови пролились на пыльный бетон и образовали там небольшое пятно, в тусклом свете кажущееся черным. Парень был мертв.
Герман увел Кристину в дом. Из окна холла сквозь ажурный тюль она наблюдала, как на подъездной дорожке Владислав беседует с начальником охраны. Бывший глава не кричал, а просто пристально смотрел на собеседника, и тот, бессмертный, давно служивший ему, сжимался под тяжестью этого взгляда и не отваживался поднять глаза на своего господина.
– Все будет в порядке. Им незачем убивать ее, она смертная.
Кристина почувствовала прикосновение к своему плечу и обернулась. Лицо Германа выражало привычное спокойствие, и только глаза выдавали тревогу и гнев.
– Я не понимаю. Зачем? Зачем она им?! Она же не вампир, она человек! И притом она не я, она не кто-то близкий тебе. Ника просто моя подруга и теперь еще жена твоего брата, но какой в этом смысл?!
Вопрос в ее голосе мешался с яростью, бессмертная вся кипела от негодования. Алекс, слышавший все до последнего слова, коротко произнес, обращаясь к брату:
– Через Кристину и меня к тебе.
– Ты! – девушка сверкнула глазами на младшего из Марешей. – Это все из-за тебя! Тебе не надо было обманывать ее, не надо было жениться на ней и оставлять ее одну! Ты делаешь вид, что для тебя чувство долга всегда на первом месте, но почему тогда ночью тебя не было в ее спальне?! Ты был у нас, но нам ты ничего не был должен!
– Кристина, – попытался прервать ее муж, но она даже не взглянула в его сторону.
– Ты по первому свистку готов выполнить любое поручение. Жизнь на благо семьи! Хороший мальчик, к ноге! Но если дело касается обычного человека… Посмотри, что ты сделал! Чего ей стоила твоя игра! И ведь она тоже теперь часть твоей семьи, ну и где были твои принципы?! Почему ты ее не защитил?!
Алекс стоял, опуская лицо под градом ее слов, а когда она выдохлась, ответил:
– Прости меня, моя госпожа.
– Заткнись! И иди к черту со своими извинениями. Я просила тебя никогда меня так не называть!
Она развернулась и пошла к лестнице на второй этаж.
– Кристина, – Герман нагнал ее и мягко затормозил. – Погоди, ты куда?
– Я пойду к себе, – тихо, но с плохо скрываемой злостью ответила она. – Видеть его не могу! Ты же понимаешь, что это он виноват в том, что Нику похитили?
Герман поджал губы и отвел глаза, затем проговорил:
– Я никого не виню. Если не так, то как-то иначе они все равно нанесли бы нам удар. Но пока Ника хотя бы жива, я уверен в этом. И я смогу вернуть ее тебе, обещаю.
Девушка смягчилась и коротко ответила:
– Хорошо. Но я все равно пойду наверх, хочу в одиночестве подумать обо всем этом. Если что-то выяснится, дай мне знать.
– Конечно, моя радость. Тебе первой сообщат.
Кристина удалилась в их с Германом общую спальню. Спустя пару минут с улицы в дом вошел Владислав.
– Никто их не видел. Тот, кто пришел за ней, был один, и он очень хитер и далеко не молод.
– Старик? – спросил Алекс.
– Бессмертный, – ответил отец. – И он не первую сотню лет топчет эту грешную землю. Никто не видел, когда и как он проник в дом. Всего одна камера засняла его бегство уже с девушкой. Во время отъезда гостей после церемонии, когда менялась охрана, и все немного расслабились. Именно поэтому им удалось уйти – верно выбранный момент. И то, что он перемахнул четырехметровый забор всего в один прыжок, да еще с грузом в руках, говорит о том, что ему по меньшей мере лет двести.
– Это был Марку? Сам? – подал голос Герман.
– Думаю, да.
– Черт! – молодой Дракон не сдержал своей злобы. – Если бы я случайно встретил его здесь, то сразу же убил бы, и проблема была бы решена!
