Капитан судна, обслуживающего элиту на Карибском побережье, Себастиан Старк делает все возможное, чтобы избегать любого человеческого общения. Взаимодействие с людьми - не для него, и он предпочитает ему бутылку водки, стопку и, возможно, шлюху. Без сомнения, он прячется от прошлого, и в этом он преуспевает…Пока однажды ночью его судно не переворачивается, и он не застревает на спасательном плоту вместе с одним из пассажиров.Рейн молода, она миленькая, и Бастиан, вероятно, уже был бы в ней, если бы не мучился с похмелья. Проходят дни, голодание и обезвоживание становятся нормой. Даже самый замкнутый человек начинает открываться, когда думает, что умрет, но когда она понимает, что их травматическое прошлое связано, то больше не имеет значения, чем обеспокоен Бастиан.Он понятия не имеет, как он собирается Выжить с Рейн
Моя голова раскалывалась, и я был уверен, что комната кружилась. Ладно, не кружилась, просто покачивалась. Несмотря на обильное количество алкоголя, которое я проглотил вчера вечером, покачивание комнаты было нормой, так как я жил на своей шхуне. Хотя, это не освобождало меня от адского похмелья.
Я перевернулся и позволил, разрывающей виски, боли уйти, прежде чем заставил свое тело выполнять мои желания и поднялся со своей койки. Я направился в ванную размером с кладовку, чтобы освободить себя от водки, оставшейся в организме, и смыть остатки сна с лица. Если пассажиры этой шхуны увидели бы их капитана утром, то они, наверное, покинули бы судно как можно скорее. Они, возможно, даже арендовали бы каноэ, чтобы переплыть Карибское море.
Не то чтобы я собирался выглядеть значительно лучше днем.
Я посмотрел в зеркало, что обычно было ошибкой. Этот момент не стал исключением. Я не брился несколько дней и выглядел идентично ощущениям: суровым и хмельным. Бледно-голубые радужки, что смотрели на меня, были окружены красным и выглядели тусклыми от недостатка полноценного сна. На щеке еще оставался след от драки в баре в Сан-Хуане на прошлой неделе.
После беглой чистки зубов, я натянул относительно чистые рабочие шорты и помятую футболку-поло, лежащую сверху на комоде, закрепил пояс и вышел из бака. В этот безбожно ранний час — около семи утра по морскому времени — я надеялся ни с кем не столкнуться.
Как правило, большинство пассажиров, которые решили плыть со мной, не являлись жаворонками, и я мог свободно ходить по своему дому, не боясь столкнуться с ними. Видимо, в этом рейсе есть одна ранняя пташка. Миниатюрная темноволосая девушка с загорелыми ногами, которые она подогнула под себя, сидела рядом с грот-мачтойс книгой на коленях. Странно. По крайней мере она была достаточно далеко на корме и достаточно увлечена литературой, чтобы не заметить меня.
Я вошел в рубку и кивнул ночному рулевому.
— Дерьмово выглядишь, — усмехнулся Джон Пол. Он был ростом шесть футов четыре дюйма плюс двести фунтовсплошных мышц — вы бы не стали спорить с Джоном Полом.
— Спасибо, — ответил я. Джон Пол был моим единственным другом, который прекрасно мне подходил. Мы познакомились десять лет назад на стрельбище сразу после того, как я окончил старшую школу. В то время я чертовски любил оружие. Я был хорош в стрельбе. Вероятно, я всё еще хорош, хотя ни разу за последнее время не нажимал на курок. Это слишком легко. Если мне действительно было бы нужно, я бы использовал кулаки.
— Как идет «Дар»?
— Гладко, как обычно, — ответил Джон Пол, сдвинув свою любимую ковбойскую шляпу немного назад. Он посмотрел на меня и потер подбородок, покрытый короткой темной щетиной. — Кто-нибудь выжил?
— Я не проснулся ни с кем уродливым, — сказал я, взяв пачку сигарет с короткого столика возле штурвала. Достав зажигалку из одного из карманов на поясе, лежащую рядом с моим любимым складным ножом, я закурил.
— Ну, хоть какой-то бонус, — произнес Джон Пол. Кивнув, он передал мне штурвал. Я откинулся на стуле, небрежно бросил руку поверх колеса и посмотрел вперед на нос судна, разрезавший медленно набегающие волны Карибского моря, затем сделал глубокую затяжку и выдохнул дым в сторону.
— Помнишь ту сучку в Пуэрто-Рико? — спросил Джон Пол, как будто я мог забыть ее. — Ты даже не понял, что она была на корабле, когда мы уплыли!
Джон Пол засмеялся, а я поежился. Я застрял с ней на четыре дня, пока не смог вернуть ее обратно. Если бы это был турист или местный житель — это одно дело, но она была шлюхой. Стоившей мне целое хреново состояние.
— Она была уродливая, — пробормотал я.
— И не была горячей, — сказал Джон Пол.
Все так, но я был не совсем согласен с ним. Во всяком случае, я смог оправдать затраты, как только понял, что застрял с ней на несколько дней. Она могла быть не самой горячей, но у цыпочки был бесстыдный язычок, и она сосала член как... ну, как профи.
Коей она и была.
— Отвали и иди вздремни, — сказал я.
От мыслей о той шлюхе в моих шортах стало немного тесно. У меня не должно быть никакого стояка после вчерашних стопок водки. Джон Пол рассмеялся и отправился спать.
Джон Пол был единственным человеком в мире, кто знал мое прошлое, не считая тех, кто искал меня, после того как я оставил все, чем занимался раньше. Несмотря на все наши препирательства и споры, он был мне как брат. Я мог доверять ему, а это здорово иметь человека, на которого ты можешь положиться. Жизнь становится почти терпимой. Добавьте парочку женщин и бутылку чего-нибудь крепкого, и мир становится лучше.
Купить «Дар» было идеей Джона Пола, потому что он знал, что я возьму его с собой. Обычная трехмачтовая шхуна, длиной в сто пять футов, вмещала двенадцать пассажиров и экипаж из трех человек. За один день, мы могли совершить около пятидесяти рейсов, а в это время просто болтаться на палубе. Деньги были хорошие, но еще больше мы получали от мерзких богачей из высшего общества за частный круиз.
