— Как я здесь оказалась? — спросила она. — Последнее, что я помню, это как пыталась подняться на палубу, но когда сделала это, появилась большая волна. Я упала в воду.
— Да, — ответил я, кивая. — Я вытащил тебя.
— Я не помню этого, — произнесла она.
— Ты была без сознания и почти утонула, — сказал я ей.
— Где все остальные?
Я пожал плечами.
— Они…? — ее глаза стали еще шире.
— Без понятия, — сказал я ей. — Я буду начеку, вдруг смогу увидеть какую-нибудь из других шлюпок.
— Была еще одна?
— Я только что сказал тебе, что понятия, бл*дь, не имею! — отрезал я.
Я не хотел этого, но чувствовал себя абсолютным дерьмом. Мне сильно хотелось выпить, и совсем не хотелось говорить об этом. Я попытался понизить голос на тон.
— А теперь остановимся на двадцати вопросах.
Она отстранилась и уставилась на меня с открытым ртом. Чертова сука из высшего общества. Она до этого, наверно, в жизни не слышала слова на «Б». Ей лучше привыкнуть к этому.
Я немного оттянул навес и получил удар приличного размера струйкой дождевой воды, вытекающей из водосборной системы.
— Черт возьми!
Сорвал влажную футболку и бросил в сторону. Я должен запомнить, что ее нужно повесить, иначе она никогда не будет сухой. Это было достаточно плохо, что моя футболка мокрая, а вина за израсходованную напрасно воду будет мучить меня позже. Лэндон бы нахрен убил меня за трату воды в этих условиях. Я задумался, можно ли каким-нибудь образом выжать ее из футболки.
Я услышал вздох позади себя и сразу же пожалел, что не остался в мокрой футболке.
— Вау, твои руки… ммм... — девушка запнулась. — И спина...
Я напрягся и сжал руки в кулаки.
— Что? — прорычал на нее, обернувшись. Если у этой заносчивой суки проблемы из-за моего тела, пусть держит их при себе или сваливает с плота.
— Ты выглядишь... ммм... очень сильным.
— Э… — я не знал, что на это ответить. Я думал, она говорит о моих шрамах. Судовождение требует больших сил, но я был в отличной форме задолго до того, как начал плавать. Джон Пол до сих пор уверен, что я все еще много тренируюсь, чтобы поддерживать форму и справляться с отравой, которую я пил. Наша профессиональная деятельность, может, этого и не требовала, но как любит выражаться Джон Пол: «Сильные люди дольше живут».
Я приподнял навес и всмотрелся в горизонт. И почему пара очков «Рэй-Бэ» не включена в комплект для выживания? Я прикрыл глаза от солнца ладонью и еще раз оглядел горизонт.
Ничего.
Я быстро повернулся, отчего плот немного качнулся. Девушка спешно перебралась на другую сторону плота, как только я приблизился к запечатанным пакетам возле нее. Я действовал так, будто ее здесь не было. Я нашел то, что искал — бинокль и одну из трех сигнальных ракет. Конечно, ночью они лучше сработают, но был шанс, что другие шлюпки в тот момент были ближе к нам, чем будут через двенадцать часов. У них хотя бы был мотор, у нашего же плота лишь два чертовых весла, которые были почти бесполезны.
Я вернулся к открытой части навеса и выстрелил из первой ракеты. Даже при дневном свете она была очень яркой. Я наблюдал, как ракета поднялась на триста метров вверх, прежде чем начала падать, освещая путь. И погасла раньше, чем упала в воду.
Я смотрел в бинокль, пытаясь разглядеть, есть ли сигналы… хоть, что-нибудь.
Ничего.
На горизонте даже не было никаких облаков, чтобы по ним можно было определить направление к земле, над которой они, как правило, образовывались. Ветер дул на юго-юго-запад, что не радовало. Туда, где затонул «Дар». Ближайшая же земля была на юго-востоке.
— Твою мать.
— Что случилось?
Я напрягся. Эта куколка и ее тупые вопросы доконают меня.
— Давай разберемся, — прорычал я. — Ох, черт, прости, только что вспомнил, что забыл дома свои парадные туфли, а они мне так нужны сегодня вечером для разговора по душам. Как ты думаешь, что, бл*дь, случилось? Может, мы посреди херова океана и не знаем, где чертова земля? Может быть, это случилось?
— Почему ты кричишь на меня? — прокричала она, всхлипывая.
Девчонка подтянула ноги к груди и обняла их руками, практически свернувшись в клубочек. Я не хотел выплескивать на нее все дерьмо, но это произошло, потому что я ужасно вспыльчивый ублюдок.
— Я немного не в себе, понятно? — заорал я на нее. — Мой дом, бл*дь, утонул, здесь жарко, как в аду, и я все никак не могу, черт возьми, понять, зачем я спас тебя. Ясно?
Она подняла руку и вытерла ею глаза.
Я довел ее до слез.
Бл*дь.
Я не хотел доводить ее до слез. Мне нужно было успокоиться. Вся злость и напряжение — это всего лишь пустая трата энергии, а трата энергии — трата воды и еды. Я закрыл глаза и попытался сделать несколько медленных успокаивающих вдохов, но это не помогло. Если бы замедление дыхания работало, я бы бросил курить.
— Твою мать! — пробормотал я, и меня осенила мысль, которая могла бы спасти нас. Я дотянулся до кармана на своем поясе и достал пластиковый контейнер с тремя сигаретами «на всякий пожарный». — Слава богу!
