Утверждая это, он старался внушить сам себе, что действительно контролирует ход собственных исследований и принимает решения. А все эти анонимы, подсказки и спонсорская помощь осуществляется безвозмездно, без далеко идущих целей. Конечно, Геннадий понимал, что это лукавство, но ощущать себя пешкой в чужих, причем невидимых руках, было весьма неприятно.
Девушки хотели спросить его еще о чем-то, но Белоконев вдруг начал их обществом тяготиться. Он не мог простить себе лжи, а говорить правду не хотел и не мог. Его спас капитан.
По громкой связи раздалась мелодия-позывной, и капитан судна объявил, что впереди стая китов. И первые настоящие айсберги. Девушки, заслышав такую весть, спешно попрощались и бросились в каюту за фотоаппаратами.
– Надо их с собой постоянно таскать! – восклицала на ходу та, что поменьше ростом и не такая симпатичная, как ее подруга…
Впрочем, в том, что эти девушки и впрямь подруги, Белоконев сомневался. «Слишком разные, слишком отчужденно держатся», – подумал он. Одна из них – актриса, которая мало похожа на актрису, не жеманничает, не кривляется, говорит мало. Красивая – это да, глаз не оторвать, и цену себе знает, но при этом не стремится оказаться в центре внимания, словно выбирает, кого подпустить к себе, а кого держать на расстоянии. А вторая называет себя цирковой гимнасткой и ведет себя словно восторженная старшеклассница, будто все ей в новинку. Но ее непосредственность контрастируют с печальными и все подмечающими глазами. Белоконев еще за столом это отметил и счел, что девочка многое видела и пережила. Есть в ней до сих пор какой-то надрыв…
Движение в воде привлекло взгляд, и Геннадий отвернулся от удаляющихся фигурок, прищурился на новый объект, скользивший в воде. Это был кит, его темное блестящее тело легко рассекало волны. А рядом плыл еще один. И еще.
Белоконев тоже решил сходить за камерой. Хотя попробуй поймай такого в объектив: секунда – и кит вздымает к облакам массивный хвост, другая – животное уже скрылось в глубине. Надо обладать удачей и молниеносной реакцией, чтобы успеть нажать на затвор. И все же он хотел попытать счастья.
Геннадий направился к двери, чтобы подняться на нужную палубу по внутренней лестнице. Его одноместная каюта была как раз недалеко, путь занял от силы три минуты.
Войдя к себе, историк кинулся к столу, где в ящике держал фотоаппарат, но замер, не коснувшись ручки.
На столе прямо по центру лежал конверт. «Геннадию Белоконеву, срочное».
Недоверчиво, с опаской Геннадий дотронулся до конверта. Взял его, перевернул, потряс и стал надрывать. Из конверта выпала сложенная вчетверо бумажка, на которой было написано: «Скоро к вам придет человек (а возможно и два), они попросят оказать услугу. Не отказывайте, какой бы абсурдной эта просьба вам не показалась. Помогайте им во всем. Доверьтесь им. О дальнейшем мы позаботимся сами».
Геннадий сел на узкую койку. Сердце забилось судорожными, суматошными толчками. Ладони вспотели. Он снял очки и принялся протирать стекла. Про китов, конечно, сразу забыл. Записка и конверт лежали на столе и мозолили глаза.
Если конверт подкинули ему в открытом море, получается, Аноним путешествует вместе с ним. Следит за ним. Направляет. Или охраняет?
– Кто же он? – пробормотал Геннадий. – И кто обратится с просьбой?
Впервые он стал задумываться о том, что ввязался в игру, не уточнив правила. И, значит, это может закончиться немного не так, как им первоначально планировалось
***
[1] В меморандуме 1939г Сталин резко отозвался от намерении некоторых стран запада «...лишить Союз Советских Социалистических Республик своего законного права, основанного на открытиях в этой части света русскими мореплавателями, сделанных ещё в начале 19 века...»
[2] Точная цитата: «Пора организовать отпор амбициям Советов, которые после успешного окончания войны с Германией и Японией торопятся насадить коммунизм не только в Восточной Европе и Китае, но и в далёкой Антарктиде» - цитата из «Форин Афферс», статья Джорджа Кеннана, советника президента США
7. Три просьбы
К вечеру волнение практически сошло на нет, а облака разошлись, впуская в мир серебристый солнечный свет. В южных широтах сейчас царила белая ночь, поэтому не было ничего удивительного в том, что, стоило хмурым тучам исчезнуть за горизонтом, вечерние часы оказались куда светлее и насыщеннее красками, чем утренние и дневные. И все же солнце было тусклым, холодным и ни капли не грело. Даже металлические детали на солнечной стороне оставались на ощупь совершенно ледяными.
За ужином в столовой второго класса вновь стало оживленно. Те, кто еще недавно страдал от качки, взбодрились и демонстрировали проснувшийся аппетит. Только за столом режиссера Бекасовой отсутствовал один из пассажиров – Геннадий Белоконев.
- Опять потерялся? – предположил Сергей Давыдов с улыбкой. – Ему надо всюду с GPS-навигатором ходить.
- Надеюсь, с ним все в порядке, - не поддержала шутку Елизавета Даниловна. – Бедняга переживает. Такой скандал получился!
