Ашор слушал внимательно, стараясь не отвлекаться на чрезмерную близость француженки. Но та, прижимаясь к нему жарким боком и поминутно касаясь, вроде как случайно, то рукой, то коленом, словно старалась добиться прямо противоположного результата. Ватник она скинула, заявив, что в нем неудобно, душно и некрасиво (ее куртку, как известно, испортил Доберкур), а джемпер с глубоким вырезом, выгодно подчеркивал высокую грудь, лишь слегка прикрытую шейным платком. Ашор никак не мог избавиться от ощущения, что одевалась Патрисия сегодня не ради путешествия по подледным коридорам, а ради чего-то совсем другого.
- Мне точно известно, что подобная программа существует, - говорила Патрисия, глядя на Ашора с такого близкого расстояния, что он улавливал мятный запах, исходящий из ее рта. – Но я никогда не видела код, в моих книгах этого не было. А вот группа Соворотова, изучая надписи на стенах Хранилища, наткнулась на него, но не смогла применить корректно. Дело в том, что программа очень сложная, для ввода команд нужна была не только панель на «солнце», но и аутентичный Ключ. Импульсный генератор подбора с задачей не справился. Собственно, из-за этого просчета и случилась авария. Долину накрыло двойным куполом, совместившим две разные задачи, но все это оказалось настолько запутанно и некорректно, что «солнце» не справилось и перестало реагировать на прочие команды. А после того, как упал астероид, стало совсем плохо.
– Получается, наш пузырь это не только защитный купол, - произнес Ашор, не делая попыток отстраниться от призывно глядящей на него француженки.
– У советских ученых родился странный гибрид, совместивший несколько функций. Смотри, я списала инструкцию, оставленную создателями «солнца», - Пат наклонилась над лежащим на коленях Визарда блокнотом, и ее выбившиеся из пучка волосы мазнули по его подбородку. – Вот это место! Перемещение во времени и пространстве задается Ключом. Малейшая погрешность в звучании ведет к огромной разнице между желаемым и действительным. Соворотов мечтал использовать артефакт для межпространственных и межвременных коммуникаций, получать информацию из будущего. Но одна или две фальшивых ноты свели на нет все усилия.
– Звучит логично, - сказал Ашор, - я допускаю, что подобная функция была предусмотрена изобретателями, но как ты собираешься отправить сам прибор в другое измерение? Тем более, работающий.
- «Солнце» уже присутствует во всех мирах, это принцип и условие его существования. Это прообраз современного квантового компьютера, построенного на «запутанных отношениях» многомерных частиц. Мы не можем его выключить отсюда, потому что здесь управление нарушено, но это теоретически возможно сделать из другого измерения.
- Мы можем проникнуть в другое измерение?
- Нет, сейчас не можем, лишь когда-нибудь… сейчас наша задача это заблокировать артефакт в нашем мире, перекинув все его функции на его квантовые проекции в иных мирах. Сделать само его присутствие в ином измерении более вещественным.
- А конкретно?
– Заключить его в такой же пузырь, в котором находимся мы все. Размеры пузыря задаются, как и прочие параметры. У нас есть Ключ, мы с тобой спокойно выйдем за его пределы, а наши друзья уже вышли. Мы закапсулируем артефакт и выкинем его с условием, что он вернется на свое место, например, через сто лет. За это время наши потомки поймут, как починить устройство, а если нет, они еще раз повторят процедуру, отложив решение на очередные сто лет. Или уже сами телепортируются туда, где устройство работает нормально.
- Но разве при переносе не возникнет дисбаланс?
Пат кивнула:
- Может быть. Квантовое загрязнение реальности не исключено.
- И чем оно чревато?
- Я не знаю. Но дисбаланс не коснется нашего мира или коснется сущей ерунды. Хранилище устоит, даже если взрыв случится где-то еще. Мы с тобой и наши друзья спасемся, как и «черное солнце» - есть шанс, что оно не будет уничтожено при перемещении.
Ашор молчал очень долго. Наконец произнес:
– Это интересно. Правда, очень интересно, и ты молодец, что смогла это придумать. Но ты не успеешь ничего проверить. У нас условно осталось два часа, в течение которых мы не имеем права трогать «солнце», чтобы не сбить программу с порталами. Потом начинается программа дальней связи – она тоже безопасна, и мы можем провести рядом с прибором еще три часа, итого – пять часов. Но затем идет череда боевых программ, от которых твой приятель Ги прятался в туннеле, но его это не спасло от потери остатков разума. Покинуть на десять часов Хранилище? Тоже не выход, поскольку наши товарищи ждут нас, и, честно говоря, я не уверен, что они не станут проявлять инициативу и пытаться нас «спасти» в неподходящий момент. Твой муж точно не будет сидеть сложа руки. Значит, пять часов – это наш максимум. И что мы можем сделать за это время? Без прямых и понятных инструкций, без компьютера для расчетов и без права на крупную ошибку.
Патрисия энергично затрясла головой:
– Нет, нет! Смой крупной ошибкой будет уничтожение Хранилища, прибора и долины.
