Ей было приятно. Обдувающий разгоряченное тело ласкающий вечерний ветерок и присутствие обнаженного сильного мужчины - события в её жизни необычные, немного странные, но очень приятные. Она инстинктивно придавала своему телу выгодные для обзора положения, отводя плечи, чтобы продемонстрировать полную грудь с набухшими сосками, втягивая и без того плоский живот, поджав под себя ноги, открывая плавный изгиб бедер.
Сама того не сознавая, она играла в древнюю, как мир игру, зная, чем все может закончиться, боясь этого и желая.
- Еще не время, - ответил Иван, озадачив Инну этой краткой фразой, встал и, заходя в баню, добавил, - может, немного попаришь меня, хотя бы со спины.
Инна неловко, но старательно била его веником, обходя рану на плече, и думала, что он хотел сказать. Когда они снова вышли на воздух, любопытство пересилило:
- Что значит, еще не время.
- То и значит, что всему свое время. Не торопи события.
Вволю напарившись, они открыли дверь бани и мылись уже в более приемлемых условиях. Инна с удовольствием оттирала грязь и сгоревшую кожу. Закончив мыться, она почувствовала себя другим человеком, - ощущение чистоты создавало чувство молодости, здоровья и бесконечности жизни. В оставшейся горячей воде они постирали свое белье и уже в темноте развесили его сушиться на ветки, растущей рядом рябины. Заснула Инна моментально, забыв временно про голод и минувшие события.
Сумеречный зимний лес. Тишина и голод. Даже нет ожидаемого хруста снега под ногами. Укрытые снегом ели стоят, как стражи странного леса, непоколебимо и уверенно охраняя его покой. В этом холодном безмолвии она спокойна, - острое обоняние подсказывает, что дичь рядом. Утолив голод, она согреется. Согревшись, она обретет силу. Став сильной, получит все.
Среагировав на мелькнувшую под елью тень, она побежала, легко перепрыгивая через упавшие стволы и огибая переплетения кустарников. Заяц, петляя между деревьями, метался в попытке сохранить свою ничтожную жизнь, но все закончилось быстро.
Она отрывала куски мяса, ощущая парной и сладкий вкус победы. Но это был всего лишь мелкий заяц – она смогла только слегка утолить голод. Обтерев запястьем лицо от крови, она пошла дальше. Из одежды на ней была только фланелевая рубаха, и холод сжимал её в своих объятиях. Но ни холод, ни притупившийся голод не мешали получать удовольствие от осознания своей силы, от кайфа успешной погони и предвкушения крупной добычи.
Это её лес.
Она здесь хозяйка.
Вся дичь в этом лесу принадлежит ей.
Этот мир её вотчина.
Полная луна осветила поляну, на край которой она вышла. Животное, стоявшее так же, как и она, на двух ногах, одетое в штаны и теплую куртку, смотрело на неё. Оно не убегало и не пряталось, но это ничего не меняло, - это двуногое животное тоже её дичь. Не отрывая взгляда, она преодолела разделяющие их метры, и обрушилась на добычу. Погрузив в шею свои зубы, она, захлебываясь, вбирала в себя эту солоноватую жидкость, несущую жизнь.
Ощущение поглаживания по голове. Странное прикосновение. Странное своей необъяснимостью, и появившееся незаметно для неё. Ласковые и нежные касания, давно забытые и поэтому такие желанные.Она даже замерла, перестав пить кровь. Воспоминания пронеслись в голове с быстротой молнии.
