— Хорошо. Я выползла из комнаты на четвереньках. Он мылся. На полу в кухне лежал хозяин квартиры. Я не видела, где была вторая. Я не знала ее имени. Сейчас-то, конечно, знаю. В общем, я поднялась на ноги, прошла на кухню. Парень оказался живым, только в отключке. Я взяла нож и пошла в ванную. В ванной они были вдвоем. Он трахал ее, поставив раком. То есть ее ноги были в ванне в его полном распоряжении, а ее руки на полу, безвольно висели; она пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но не могла дотянуться до пола, не могла взять опору, просто скользила ладонями по ванне. Он держал ее за бедра, впившись ногтями в кожу. Она была для него просто дырой. Как и я несколько минут назад. Он увидел меня и начал дико орать — он кончал. Этот сукин сын кончал, увидев меня с ножом в руке. Я закричала и кинулась с ножом на него. На полу было полно воды, я поскользнулась, рухнула. Нож воткнулся в шею девчонке. Я свалилась под раковину и завизжала. Он еще несколько раз ее к себе притянул и бросил. Она упала, не до конца выпав из ванны, и пыталась дотянуться до рукояти, но руки обмякли, и она их больше не подняла. Он спокойно помыл член, вытерся полотенцем, бросил его на залитый кровью пол. Потом аккуратно встал, чтобы не испачкаться, нагнулся и пошевелил нож, проверяя, больно ей или уже нет. Она не отозвалась. Он просвистел что-то и ушел. Я услышала, как он натянул джинсы. Потом хлопнула входная дверь. Я ее убила. Какое-то время я пыталась отторгнуть эту мысль, но не удалось. Словно в голову вбили гвоздь. Он там до сих пор. Я выбралась в комнату, оделась и ушла. На мне не было крови. Но мои следы там повсюду. Я спустилась к подъезду, перешла к соседнему и села на лавочку. Через время приехали «скорая» и полиция. Я вызвала такси. Когда я сидела в машине, увидела, как из подъезда в наручниках вывели того парня. Во всем обвинили его, я это знаю.
Три глотка. Вдох. Жидкость снова льется в стакан с теплым урчанием, льда уже нет.
— Ты там не упьешься? — спрашивает она.
— Нет. Приезжай ко мне. Или давай я приеду?
— Ты пьян, а я не могу. У меня еще дела.
— Я приеду на такси, — сказал он.
— Я была беременна. Первая неделя была кошмаром. Каждую минуту я ждала, что за мной придут. Меня должны были арестовать и посадить навечно. Я убила человека, ту бедную девушку, ее звали Азиза. Но никто не приходил, прикинь? Пришла беременность. Меня рвало как отравленную. Но я и была отравлена его спермой, если уж говорить откровенно. Эта гадость зарождала во мне жизнь, такую же ублюдскую, как и он. Я боялась идти в клинику и испробовала все народные средства. Истекала кровью неделю, чуть не подохла, в последний момент вызвала «скорую». Наплела им, что меня изнасиловал бойфренд, но я никому не хочу об этом сообщать, и они помогли мне за пятьдесят тысяч. Бесплатно оказали помощь, конечно же, выходили меня. Но за полтинник молчали и не вызывали полицию. И в карточке написали: выкидыш. Я оправилась, старалась изо всех сил, потому что наступал тот самый день. День нашей с тобой встречи. И я пришла. Пришла, чтобы попросить тебя сходить со мной в полицию и во всем признаться. Но поняла, что не смогу. Я нашла это дело, оно в суде. Того парня, который нас привез, посадят за убийство. Они нашли свидетельницу, та описала меня. Никто меня не разыскивал, и я сама пришла к прокурорше. Обвиняемый ничего не помнит, прокурор считает это линией защиты. А он реально ни при чем. Я не знаю, как тот подонок вычислил, куда мы уехали. Скорее всего, просто проследил за нами.
— А как он попал в квартиру?
— Я тоже об этом думала. А потом прочитала стенограмму процесса, мне прокурорша показала. Азиза выпроводила девчонку, которую мы подобрали, Веру, пока я спала. Ублюдок ждал под дверью. Услышал, что дверь не заперли. Выждал, когда Азиза ляжет ко мне спать, то есть несколько минут, и ворвался. Оглушил парня, оттащил Азизу в ванную, чтобы не мешала. Толку от нее: она была сильно перекрыта, не знаю даже, как доплелась до двери, и неудивительно, что не заперлась, — просто захлопнула, и все. Она в ванне и проспала все время, пока он меня насиловал. В отчете судмедэксперта сказано, что при жизни у Азизы была травма мозга, ушибы. Он просто бросил ее в ванну, она ударилась головой. Видимо, тогда Азиза не спала, а была без сознания. Ему было плевать на ее жизнь. Его волновали только дыры.
— Катя, пожалуйста, скажи, где ты? Я помогу.
— Как? Поможешь сесть в тюрьму?
— Это была крайняя необходимость. Ты пыталась защитить себя. Защитить ту девушку, Азизу. Ты случайно ее ударила, ты не хотела. Тебя не посадят. Тебя оправдают.
— Ромка… Да ведь нет же! Я не защищалась. Я хотела убить. Я и сейчас хочу. Если бы я знала, где эта скотина, я бы убила его голыми руками. Просто вырвала бы ему сердце. Азиза пала случайной жертвой, тут ты прав. Но в ее смерти виновата я.
— Почему ты не рассказала мне? Почему не позвонила? Почему?! Я бы помог. Я бы тебе обязательно помог.
