Я стану Фениксом, и мои острые когти вонзятся в самое сердце тех, кто был мне неверен. Кто ошибался во мне.
- И все-таки, ты нереально охуенен. И ты. И твоя песня!
- Так пользуйся случаем, раз подвернулся, - подмигиваю, а довольная улыбка с лица так и не сходит. Слишком возбужден. Слишком взбудоражен. Я показал кому-то то, что было настолько дорого мне, и получил достойную отдачу.
- Вообще-то я за этим сюда и пришел, в прошлый раз с моей стороны было как-то некрасиво, ушел, не прощаясь, да и нажрался так, что контролировать меня стал не мозг, а желудок. Хорошо, что это оказалась наша не последняя встреча, - уверенный шаг вперед, по пути сбрасывает гитару к подножию дивана и стягивает с себя майку.
Прохладная постель принимает обнаженные тела. Вещи дорожкой разбросаны до кровати. Лекс молча вцепляется в мои волосы, лихорадочно кусает мои губы, терзает зубами без капли жалости. Прижимается ближе, постепенно распаляя тепло наших тел, словно в печи, заставляя трещать под напором, заставляя огонь внутри разжигаться…
И во мне огонь бушует диким пламенем, еще с того самого момента, стоило только раскрыть рот, чтобы строчки песни полились изнутри, чтобы рвало душу. Чтобы рвало души. Резко поднимаю его своим телом, привставая на локтях, высвобождаю из его объятий свою руку, чтобы железной хваткой сковать в кольце на шее парня. Хрипит, но не вырывается. По горящим глазам понятно – ему нравится и такое. Ниточка слюны тянется от его губ к подбородку, продолжая держать его за горло, ловлю ее языком, не спеша заползаю вглубь его рта, дразню ожиданием, вслушиваясь в ритм его колотящегося в бешенстве сердца. Я знаю, как надо… Ты будешь доволен…
Ведет бедрами, ерзает у меня на коленях, просит взглядом, умоляет прекратить мои издевки, заменить томящую медлительность на страстный порыв, вмять его лицом в подушки и просто взять. Но не так быстро. Впереди еще вся ночь, и я не собираюсь отпускать его так скоро. По крайней мере, не сегодня. Я слишком вымотан эмоционально, выжран до дна, словно корм в миске дворовой собаки. И мне нужна разрядка.
Большой палец скользит по его губам, недвусмысленно ныряет внутрь, мгновенно оказываясь зажатым между его небом и языком, втянут внутрь, словно в вакуум. Выпускает, оставляя на нем сгустки слюны, упирается в меня выжидающим взглядом, раскачиваясь бедрами на моем стояке, трется о нежную кожу своей, напрашиваясь на ответные действия.
А мне хочется играть с ним.
Хочется растягивать, стягивать и снова тянуть, как канцелярскую резинку, пока та не лопнет под напором, хлестко ударяя по рукам, до красноты. И у меня получается играть с ним, как с резинкой. И спустя десять минут не беспричинных, не без подтекстных ласк, в моих руках от напряжения он взрывается и сам набрасывается на меня. И я остаюсь доволен – работает всегда безотказно.
Охренительный, сводящий с ума, крышесносный поцелуй, будь мои губы пришиты к телу, я бы точно их лишился. Сбивчиво дышит прямо в рот, задыхается, но не отпускает языка, играя с ним своим, гладит, посасывает, вылизывает и снова втягивает. Перед глазами разноцветные вспышки. На контрасте с болью и сладким ощущением накрывающего экстаза. Мну в руках его задницу, впиваясь ногтями, без проникновения натягивая на себя, членом прохожусь по ложбинке меж ягодиц. И когда его губы переключаются на мое плечо, превращая кожу на нем в шкуру леопарда, сбрасываю его с себя, с силой вжимая животом в постель, причиняю дискомфорт в паху, заставляю небеспричинно вскрикнуть. Зубы сводит от вида распластанного на кровати готового ко всему тела.
- У тебя есть смазка? – заглушенный вопрос прямо в подушку, а следом нетерпеливая задница, изогнувшись, трется о мой член.
- Есть, но ты ее не получишь. Хватит и природной, хочу поиздеваться над тобой подольше, - отвечаю, склоняясь прямо над его ухом, прижимая всем телом к кровати, не церемонясь, смыкаю зубы на хряще, наслаждаясь дрожащим от боли телом.
Сжатое колечко мышц поддается не сразу, спустя долгие манипуляции пальцев, переполненное от смазки и слюны, пропускает в себя мой член на треть. Хочу остановиться, но упертый Лекс продолжает насаживаться глубже.
- Выеби уже меня! – хрипло дышит, отводя руку за спину, ловит мою и сковывает обе на своей ягодице, заставляет сжать.
- Прости, будет по-твоему, но не сразу, - убираю руку, отводя на полметра в сторону, чтобы после, от смачного шлепка по заднице, сорвать полукрик из его уст.
- Хватит издеваться надо мной. Или трахай или через секунду я нагну тебя и вставлю по самые гланды, - злится Лекс, утыкаясь лицом в подушку.
- Мечтай, - довольно улыбаюсь, получая от общения с ним куда большее наслаждение, чем от секса. Такой острый на язык, такой колкий ежик, кто же тебя научил так отвечать? Откуда столько яда в твоих словах? Но при этом в игры на подчинение ты играешь с большей охотой. Как странно…
