Лоуренс поглядел вверх широкой лестницы, которая вела к спальням, и подумал, что девушка и ее дядя к настоящему времени уже должны спать. Крэйга отвели в его комнату за полтора часа до этого, и, хотя Одри хотела остаться с ними, они мягко убедили ее, что ей лучше находиться подальше от места действия.
Слуги также удалились, выполняя строгие инструкции Роджера Кверрина. Разгневанный уже тем, что о его личных делах известно каждому в деревне, он не хотел давать больше информации для сплетен.
В холле Хардиндж взял свой плащ с капюшоном и накинул его на плечи. Снаружи в саду дождь все продолжался.
Кверрин зажег свечи в тройном подсвечнике и спокойно спросил:
– Все готовы?
Они молча кивнули.
Роджер повернулся к дверям, которые открывали доступ в проход. Питер вышел вперед и отодвинул шторы, защищая их от пламени свечей в руке брата.
Свет мерцал и танцевал во мраке коридора.
Лоуренс поежился. Его вновь стало подавлять повисшее молчание.
Хардиндж последним покинул ярко освещенный холл, и шторы упали позади него. Внезапный полумрак на мгновение ослепил его.
Он пробормотал:
– Один момент, сэр. У меня есть освещение получше.
Он потянулся к поясу. Луч его фонаря разрезал темноту.
Роджер одобрительно кивнул и сделал движение, чтобы задуть свечи, но Лоуренс успел схватить его за запястье. Он тихо сказал:
– Они мне понадобятся. У меня нет фонарика.
Кверрин снова кивнул.
Они прошли по коридору, миновали единственное окно (закрытое сейчас старомодными шторами) и остановились у двери в старую комнату.
Все почувствовали необычную скованность. Лоуренсу показалось, что, когда Кверрин поворачивал ручку, рука его дрожала.
В комнате ярко пылал огонь в камине. Роджер осторожно поставил подсвечник на каминную полку.
Крошечный огонек заставлял играть свет на ножнах висящего кинжала.
Кверрин подошел к столу, зажег спичку и начал возиться со старинной масляной лампой. Когда она обрела жизнь, тени отступили и залегли в ожидании.
– Так-то лучше,– сказал Роджер значительно бодрее.
Затем все снова замолчали. Хардиндж взял в руку свой фонарь и встал около двери, спокойный и внимательный. Питер нервно сунул руки в карманы и посмотрел на Лоуренса, ожидая команды.
«Вот оно,– подумал Олджи. – Вот момент, когда управление переходит ко мне». – И тут же почувствовал в животе холодок страха.
Роджер нетерпеливо сказал:
– Не хочу торопить вас, но...
– Хорошо, Кверрин. – Лоуренс тщательно осмотрел комнату. – Это недолго.
Не было никакого места, где мог скрываться злоумышленник. Убедившись в этом, он подозвал сержанта.
Затем, отодвинув шторы с французских окон, он вгляделся в темноту и пробормотал:
– Вам не позавидуешь.
– Неважно, сэр.
– Тот бродяга может вернуться.
Хардиндж мрачно ответил:
– Я смогу с ним справиться. – Он многозначительно похлопал рукой по полицейской дубинке.
Лоуренс улыбнулся.
– Тогда все. Я оставляю его на ваше попечение.
Он потянул задвижки на окнах. Они были жесткими и сидели туго. Ему пришлось приложить всю свою силу.
Когда высокие, доходящие до земли окна открылись, в комнату стали проникать брызги дождя. Луна была почти полностью закрыта густыми облаками, и ночь выдалась достаточно темной. Сержант выглянул наружу без энтузиазма.
Лоуренс пробормотал извиняющимся тоном:
– Готовы, сержант?
Хардиндж кивнул. Затем поправил капюшон, включил фонарь и спустился на две ступени, которые вели из комнаты в сад.
Олджи смотрел, как полицейский в форменном облачении идет через незасаженные клумбы к подобию убежища под деревьями вне мощеной дорожки.
Хардиндж развернулся и подал сигнал.
Лоуренс махнул рукой в ответ. Рассеянно отметив, что проливной дождь уже смывает следы сержанта, он отступил назад, закрыл окна и надежно запер их.
Роджер раздраженно сказал:
– Все это очень глупо. К полуночи он промокнет до нитки.
Лоуренс пожал плечами:
– Он проследит, чтобы никакой злоумышленник не приблизился к дому.
Его пальцы машинально дотронулись до раны на лбу.
– О, очень хорошо. – Роджер налил себе напиток, и сухо добавил: – Я не ожидаю штурма.
Лоуренс закрыл шторы и спокойно сказал:
– Вы здесь в безопасности. Стоит только крикнуть.
– Мы услышим тебя!– нетерпеливо вставил Питер.
Роджер посмотрел на брата со смесью любви и раздражения. Однако не стал отвечать.
Лоуренс вновь пристально оглядел комнату. Чувствуя себя немного глупо, он наклонился и посмотрел под столом.
Не обращая внимания на смех Роджера, он дружелюбно заметил:
– Вы здесь совершенно один.
Он повернулся к Питеру:
– А теперь мы пойдем.
Рот Питера задрожал. Он повернулся к брату, словно хотел напоследок его обнять, но позволил рукам беспомощно повиснуть.
Роджер улыбнулся ему и весело сказал:
– Не будь ослом. А теперь я скажу тост.
Схватив бокал, он поднял его:
– За тень старого Тома Кверрина! Дьявол его забери!
Питер резко втянул воздух.
Лоуренс спокойно сказал.
– Удачи вам.
Он подумал, чего же больше в этом мужчине: страха или бравады?
Роджер осушил бокал и вновь рассмеялся, хотя несколько натянуто.
– Тот ключ все еще у вас?– спросил Олджи Лоуренс.
– Естественно. – Роджер достал из кармана цепочку и показал им яркий новый металлический ключ. Лоуренс кивнул.
