Режиссер снова пригласил на сцену Марка. Я вновь насладилась его пением. Настала моя очередь. Я поднялась на сцену, мне прицепили микрофон, я начала исполнять свою партию. Аглая, не дослушав песню до конца, встала с места и с торжествующей улыбкой вышла из зала. Конкуренцию я проиграла. Ощутив поражение, я не отчаялась, а просто отпустила себя и стала наслаждаться процессом. Ведь я исполняю свою мечту. Это важнее и ценнее раздутого самомнения высокомерной девчонки.
— Неплохо, — улыбнулся мне Марк, когда я спускалась со сцены.
— Мне до тебя далеко, — сказала я в ответ.
— Неправда.
Репетиция пролетела незаметно. Я быстро включалась в процесс, без пререканий выполняла все указания режиссера и, конечно, получала удовольствие от процесса. В холле театра меня встретил Денис.
— Готова? — спросил он меня.
— Даже не знаю, — задумалась я.
— Привет, — мимо проходил Марк, — твой парень? — спросил он меня и указал на Дениса.
— Нет, мы учимся вместе. Он мой друг.
— Привет, друг. Марк, — Марк протянул руку Денису.
— Денис, — ответил на рукопожатие Денис.
— На каком курсе? — поинтересовался Марк.
— Мы на втором, — ответила я.
— Класс.
— Сам где учишься? — сурово спросил Денис.
— В политехе. Я будущий айтишник.
— Что? С таким голосом?! — недоумевала я.
— И не такое в жизни бывает, — равнодушно ответил парень. — Куда собираетесь?
— Репетиция у нас, — ответил Денис.
— У нас экзамен по хореографии, Денис помогает мне с номером, — уточнила я.
— Интересно.
— Не особо. Я ужасно танцую.
— Не выдумывай, — не согласился со мной Денис.
— Он просто очень добрый, — я потрепала по русым волосам нахмуренного парня.
— Можно будет прийти? — неожиданно спросил Марк.
— Куда? — не поняла я.
— На экзамен, — уточнил он.
— Конечно! Обязательно приходи! То есть нет. Лучше не приходи. Это будет ужасно.
— Я по-твоему зря стараюсь? Ужасно ей будет, — возмутился Денис.
— Денис, извини. Я просто пошутила. Я очень боюсь нашего препода, он всегда меня разными словами называет. Говорит, что я бревно, кривая и все такое. У меня уже комплекс появился.
— Обязательно приду! Комплексы надо убирать! — подмигнул Марк.
Мы поболтали еще немного. Марк оказался приятным собеседником, даже Денис перекинулся с ним парой фраз. Мы попрощались и отправились каждый в свою сторону.
— Вроде нормальный, — резюмировал Денис.
— Вроде? — засмеялась я.
— Поющий парень — это странно, — проворчал Денис.
— Да что ты говоришь?! А танцующий — нормально?
— Ладно, проехали, — усмехнулся он.
В хореографическом классе было пусто. Лампочки тускло освещали станки вдоль стен, тускло подсвечивали в зеркале мое отражение. Денис намеренно не включал свет, чтобы я могла расслабиться и без мешающих мыслей повторять за ним движения. Отключить голову было трудно. Я постоянно контролировала свое тело, проматывая в голове упреки Георгия Адамовича.
— Что ты опять делаешь? — не выдержал Денис.
— Я не знаю, я просто не могу.
— Все ты можешь. Хватит думать, выключи свой мозг.
— Денис, наверное, мы выбрали слишком сложный танец. Для меня.
— Дура. Какой то зализанный пидор наговорил тебе гадостей и ты ему поверила?
— Денис! Не говори так.
— А как еще тебе говорить? Говорю прямо. Ты красивая, у тебя все красивое: руки, ноги, талия — ты прекрасна со всех сторон. Ты очень гибкая, нежная, веселая. Почему ты веришь этому идиоту, вместо того, чтобы поверить мне?
— Потому что он преподаватель, а ты друг.
— И?
— Он объективен, ты меня жалеешь.
— Я сдаюсь, — выдохнул Денис и пошел к скамейкам, обхватив голову руками.
— Денис, извини. Танцы — это не мое.
Парень сидел на скамейке, уткнув голову в колени. Я села перед ним на корточки и погладила его по голове. Он поднял голову и посмотрел на меня.
— Слушай, — начал Денис, — меня отец к себе в фирму устроил.
— Все таки добрался до тебя.
— Я сам попросился. Чтобы он мать не трогал. Не об этом сейчас. Надя, давай заключим пари.
— Какое?
— Ты отключаешь мозг и делаешь все, что я говорю, танцуешь так, как мне нужно. И если тебе ставят на экзамене «отлично», то я оплачиваю тебе семестр учебы в институте.
— Откуда у тебя такие деньги?
— Я же говорю, на отца работаю. Эти деньги ерунда. Он мне слишком много платит, а меня тошнит от этого. Он будто откупается за все свои темные дела. Я не хочу ничего брать у него, эти деньги надо вложить во что-то хорошее. Понимаешь, чтобы перекрыть все его зло добрым поступком.
— Это очень много.
— Я очень хочу, чтобы ты поверила в себя.
— Денис, ты слишком хорош, чтобы быть моим другом. А если не получу «отлично»?
— Исполню любое твое желание.
— Любое?
— Да.
— Станцуешь для меня тот самый танец, который ты Пашке на спор показывал?
Денис молча уставился на меня.
— Чтобы еще раз эту хрень? — возмутился он.
— Ну Дениииис. Если играть, то по крупному, — настаивала я.
— Это очень унизительно, чтоб ты знала.
— А для меня в принципе танцевать — унизительно. Ну, что, договорились?
— Ладно, — согласился Денис и мы пожали друг другу руки.
