— Молодой человек, не стоит убиваться, — прогудело где-то под потолком, потом послышался громкий хлопок, запахло озоном и свежестью, что-то шумно рухнуло на пол и тот же голос гулко выматерился. Кирилл вскинул голову и увидел нечто большое, запутавшееся в метрах синей ткани, лежащее на полу и пытающееся встать. Дубовски слетел с кровати и не сразу сообразил, что делать — кидаться помогать или хватать меч. В итоге все разрешилось само собой. Нечто распуталось и поднялось на ноги. Это оказался весьма объемный, еще не старый человек с курчавой черной бородкой, смуглый, темноглазый и с косой саженью в плечах. Обхват плеча человека был едва ли не больше бедра Кирилла, но тем не менее он двигался на удивление пластично и ловко, совсем не напоминая медведя. Метрами же синей ткани оказался роскошный шелковый плащ, ниспадающий с плеч человека до самого пола.
— Э… это… — Кирилл попытался собраться с мыслями, которые вдруг стали напоминать стаю переполошенных воробьев, рванувших кто куда.
— Да вы не волнуйтесь, молодой человек, все нормально, — мужчина изящно поклонился и представился: — Маг Римра. Прослышал, что вы меня ищите и поспешил явиться. — Римра закинул плащ за спину и без приглашения уселся на стул. — Так в чем проблема?
— Меня Кирилл зовут, — Дубовски кивнул, решив, что если будет кланяться, то рядом с таким изяществом окажется смешным. — Мне посоветовал обратиться к вам Кайер. Он сказал, что вы должны помнить вашу последнюю встречу в песках Айлаэ…
— О, да! — Римра прикрыл на мгновение глаза и улыбнулся. — Эта встреча была запоминающейся. Так что у вас стряслось, сударь Кирилл?
— Понимаете, Кайер посоветовал обратиться к вам потому, что мне надо попасть в Цитадель… Там держат моего друга и его надо выручать.
— Цитадель? — густые брови Римра поползли вверх. — Какая именно? У нас их сотни…
— Я не уверен, что она находится в вашем Мире, — Кирилл тяжело сглотнул, понимая, что не может объяснить ЧТО такое эта Цитадель. — Там еще есть Властелин Цитадели, Зейя, Стражи, Кутар и Спицы…
— Ах вот о чем ты… — помрачнев и неожиданно перейдя на «ты», проговорил Римра. — Знаю я где эта Цитадель и как туда попасть, только… Ты ж не выживешь. В руках меч держать не умеешь, стреляешь… Ну ладно, в слона с четырех шагов попадешь и то хорошо. И Магии не обучен. Куда ты лезешь?
— Лучше так полезу, чем буду сидеть тут и знать, что Ника убивают, — зло огрызнулся Кирилл, отворачиваясь и сжимая кулаки.
— Какого Ника? — немедленно заинтересовался Римра. — Знавал я одного оборотня с таким имечком. Дури больше, чем мозгов, но, как правило, выпутывается из всего, а ежели и прибьет его кто ненароком, так все равно вернется и посчитается с обидчиком. Между вами вот в чем разница. Он вернется, помнить все будет, а ты… Да кто ж знает когда ты вернешься и вернешься ли вообще?
— Все равно, — Кирилл упрямо замотал головой. — Лучше умереть, чем знать, что из-за тебя умирают другие.
— Хм… Ну что ж, — Римра встал. — Отправлю я тебя в Цитадель. Только и сам туда пойду. Мне этот Властелин надоел хуже горькой редьки. А там посмотрим.
— Так не бывает, — вдруг тихо проговорил Кирилл, поднимая глаза. — Не бывает так в жизни, чтобы все на пути главного героя были исключительно добрыми, помогали ему бескорыстно… В жизни все по-другому. Кайер должен был меня попросту зарубить, ты — не появиться, Ник умереть страшной смертью, а Цитадель сплясать на наших костях вместе со всеми Властелинами и Стражами.
— А ты уверен, что Кайер тебя не зарубил? — Римра недобро усмехнулся и повернулся к окну. — Собирайся, смертник.
_________________
{Темные волосы рассыпались по плечам, резко оттеняя белизну кожи. Ник знал, что у обычных Людей, тех, кто выжил после Исхода и не стал Игроком такой кожи не бывает — бархатистая, нежная и алебастрово-белая. Не бледная, а именно белая, к которой не пристает загар, а румянец редко выступает на щеках. Ник протянул руку и коснулся ее плеча. Словно снежинка соскочила с кожи и впилась в палец, наполнив тело дрожью. Оборотень хотел погладить плечо, коснуться лица, губ, но не смел.
Иолис открыла глаза и посмотрела на него с насмешкой. Ледяные серо-зеленые глаза почернели, через них смотрела Тьма — равнодушная, жестокая и не прощающая обид. Иолис вскрикнула страшно, потянулась руками к Нику и вдруг повалилась навзничь. Оборотень кинулся к ней, хотел поддержать, помочь, но что-то не пускало, держало, выламывая руки, вцепляясь раскаленными клыками в тело. Ник кричал, рвался вперед, но не мог сделать и шага. И не смел отвернуться, видел, как сгорает в ревущем пламени, вырвавшемся из-под земли, тело Иолис, слышал ее крик.
Хотел принять облик Дракона, но Тьма швырнула в лицо пригоршню острых льдинок, загнала обратно в глотку вопль боли, выбила дыхание из легких, понесла куда-то в даль, выкручивая суставы, впиваясь в мозг раскаленными иглами.
