— Я попробую, — сказала она. — Я пойду с вами и посмотрю, она ли это.
Нина повела ее на лестницу, а Викен, оставшись один, осмотрелся в квартире. Когда женщины вернулись, Нина уточнила:
— Ты уверена?
— Я узнала татуировку, — пробормотала девушка. — На плече. Изображение обнаженного мужчины.
— У тебя вчера были гости? — спросил Викен.
Мириам не ответила.
— Я вижу, на кухне стоят два бокала из-под красного вина и две бутылки — одна пустая, другая наполовину полная.
— Гостей у меня не было, это я пила вино. Такое у меня настроение в последнее время.
— Иными словами, ты любительница вина, — решил Викен. — А вчера вечером ты много выпила?
Она закрыла глаза:
— Да, перебрала, пожалуй. Я, видимо, просто отрубилась.
Уходя из гостиной, Викен заглянул в спальный альков и приподнял одеяло и два пледа, лежавшие на постели.
В час дня во вторник следственная бригада собралась в помещении для совещаний. Группу усилили еще четырьмя оперативниками. Присутствовали начальница сектора Агнес Паянен и старший полицейский юрист Ярле Фрёэн, который формально, хотя на деле никоим образом, руководил ходом расследования. Помещение было разделено раздвижными перегородками, и в той части, где сидели они, не было окон. Воздух уже стал спертым и тяжелым.
Инспектор Викен сообщил о том, что удалось выяснить:
— Результатов анализа ДНК мы сегодня не получим, но мы можем исходить из того, что убитая — это Анита Эльвестранн, тридцати шести лет, которая была объявлена в розыск как исчезнувшая из своей квартиры во второй половине дня воскресенья по заявлению соседки, живущей этажом выше. Та же самая соседка с уверенностью опознала личность убитой.
— А с родными что? — спросила Паянен.
Викен кивнул Арве Нурбакку.
— Родителей нет в живых, — сообщил младший инспектор. — У нее есть сестра, проживающая в Испании, и брат, который работает на нефтепромысле «Гюлльфакс». Они оповещены, но никто из них не сможет приехать сюда в ближайшие дни.
Викен снова взял слово:
— Соседку, кстати, зовут Мириам Гайзаускас, она гражданка Литвы, а в Осло изучает медицину. Мы к ней еще вернемся. А сначала давайте-ка посмотрим на фото, которые нам переслали из Института судебно-медицинской экспертизы. — Он вывел изображение на экран компьютера. — Йенсен и я там были и видели этот кошмар. Так что предупреждаю, впечатления вас ожидают сильные… Но у вас имеется существенное преимущество: фотографии не пахнут.
Сигге Хельгарссон, казалось, собрался уже прокомментировать это замечание, но отшатнулся и промолчал.
Викен растянул фото во весь экран.
— Как собравшиеся сразу же смогут заметить, жертве нанесены характерные повреждения — на лице, затылке и по всей спине.
Щелкая мышью, он продемонстрировал серию снимков изуродованного тела.
— Как вы также можете видеть, эти повреждения схожи с теми, которые мы видели на двух других жертвах убийств в последнее время. А вот здесь то, что осталось от нижней части тела. Обе ноги отделены, прямо под бедренным суставом.
— Жуть какая! — вырвалось у Хельгарссона.
— Именно, Сигге, — бросил Викен, — я именно это и хотел сказать.
Он показал увеличенное фото одной культи.
— Похоже разве на ногу, от которой часть откушена животным?
— Вроде бы она отпилена, — предположил Нурбакк.
— То же самое говорит и доктор Плотерюд. Таким образом, мы имеем дело с преступником, который с каждым разом все сильнее калечит свои жертвы. Это известный феномен в такого рода преступлениях.
Викен показал фото руки, приблизил изображение. Стала видна татуировка — обнаженный мускулистый мужчина.
— Именно эту татуировку узнала соседка.
Он еще увеличил разрешение.
— А это вот что? — спросил он, показывая на четыре крохотные точечки у самого плеча.
Всем стало видно небольшое вздутие под каждой из точек.
— След от укола, — уверенно заявил Нурбакк.
— Вне всяких сомнений. Что вы об этом думаете?
— Она баловалась с наркотиками, — предположил один из новеньких, молодой прыщавый парень.
Его прислали на подмогу из районного отделения Майурстюа, непохоже было, чтобы такой молокосос мог сдвинуть расследование с мертвой точки. Когда Викен просил выделить им ресурсы, то надеялся, что его группу пополнят опытными специалистами, а не зелеными юнцами, которым не нашлось применения в районе. И вот теперь инспектор стоял, усмехаясь, и походил на учителя, который собирается осадить сплоховавшего ученика.
— Вроде бы бросила это дело много лет тому назад, — сообщил Викен. — К тому же дырки-то на внешней стороне руки, далеко от крупных артерий, да и в крови у нее никаких следов самых распространенных веществ.
Он показал следующие фото.
— А вот правая рука Сесилии Давидсен, три такие же точки и пять на бедре. Хильда Паульсен: четыре точки на левой руке, по четыре на бедрах.
— Снотворное, — поправился парень, прикомандированный от Майурстюа.
— Именно, — подтвердил Викен; он ничего не имел против новичков, лишь бы молоко у них на губах слегка обсохло. — Доктор Плотерюд обнаружила то же наркотическое средство, что и у других жертв.
